Давным-давно, в моём благословенном детстве, к нам в деревню на лето приехала тётушка Лена. Очень мы её с братьями и сёстрами любили. По её приезду стали вместе по грибы ходить, по ягоды и, разумеется, рыбачить.
Рыбу ловили в небольшой речке, впадающей в могучий, быстрый Иртыш. Имя той небольшой, но живописной и богатой речушки — Кип. Обычно всё происходило следующим образом: Мы брали с собой маленький капроновый бредень, связанный моим дедом в те времена, когда папа был мне ровесником, поднимали ногами муть со дна реки и перегородив всю крошечную речушку бреднем, шли вниз по течению. Достаточно было спуститься на несколько сот метров, чтобы наполнить ведро мелким щурогаем, окуньшой и чебаком. Иногда спускались к устью реки, до самого Иртыша.Тётушка Лена таскала улов, а мы с братом Сережкой волочили по реке бредень.
Деревенские мальчишки, не имеющие бредня, рыбачили бездонным ведром. Для этого зайдя на мелководье они поднимали со дна ил, мутили воду и медленно передвигались в воде, подняв перевернутое бездонное ведро. Только рыбке стОило стукнуться об ногу, мальчишка быстро опускал в воду ведро и уже в нем ловил рыбку руками. У кого не было даже ведра ловили еще проще. Они ложились на мелководье вниз брюхом, а когда рыбка плавниками касалась его, то ловким движением руки выкидывалась на берег.
И вот, однажды, сделав первый заброд, мы поймали большого рака. Рак махал клешнями, суетился и всем своим видом показывал, что не одобряет рыбалку. Мнение нашей рыбацкой команды непропорционально разделилось: тётя Лена очень обрадовалась улову и хотела во что бы то ни стало съесть рака. Мы с Сережкой были против. И не смотря на наше с ним численное превосходство, тётушкина позиция имела перевес. В основном, конечно, за счет своего авторитета и мышечной массы. В общем первое сражение между нами и тётушкой было позорно проиграно. Рака пришлось взять с собой. Мы с Сережкой затаились. Проиграв сражение мы не собирались проигрывать битву.
Всю обратную дорогу домой мы непрестанно ныли о сохранении речной фауны, о малочисленности ракообразных в наших северных широтах и о всякой другой подобной ерунде. Тётушка казалась непреклонной. Она решительно собиралась сварить нашего членистоногого. Вкусная трапеза оказалась сильнее благополучия речной фауны.
Но вдруг Сережка нашел в душе тётушки нужную кнопку и ни единожды не сомневаясь нажал её. Он заявил, что в то время, когда тётушка Лена станет варить рака, его дети будут напрасно ждать возвращения своего родителя. В борьбе между аппетитом и материнством победу одержало последнее. Ничего не поделаешь — тётушка оказалась не столько гурманом, сколько женщиной.
Назавтра мы пошли на рыбалку и выпустили бедолагу в речку.
