Кто-то скажет – совсем с ума сошла. Жизнь по карточкам – это вообще нищета, ниже плинтуса.
А в то время и была нищета. Во всех магазинах в провинции на полках стояли банки с морской капустой и березовым соком. Правда, хлеб завозили регулярно. И он был вкусный. Были кое-какие крупы. И то – кое-какие. Если «выбрасывали» в продажу колбасу, то стояли за ней часами. А давали по палке колбасы в руки. Чтобы купить больше, приходилось стоять всей семьей, потому что абсолютно неизвестно, когда в следующий раз нагрянет такая удача. В длиннющих очередях стояли за молоком и молочными продуктами. Дети капризничали, народ ругался между собой, контролировал очередь.
Про конфеты и сладости даже не вспоминали. Одним словом, все было очень печально. И самыми уважаемыми людьми в обществе были продавцы. Потому что, если с ними заиметь так называемый блат, так может и сунут что-нибудь из-под прилавка или сообщат о привозе очередного дефицита заранее. Я блат никогда не умела заводить. Мне было стыдно это делать, так как взамен от каждого требовалась какая-то услуга. Тогда действовал принцип: ты-мне, я – тебе! А что я могла предложить, кроме газеты?
Одним словом, когда дошли, что называется, до ручки и ввели карточки на мясо- и колбасные изделия, сахар, крупы, чай, сливочное и растительное масло, мыло и стиральный порошок, жить стало лично мне и моей семье, да и не только мне, значительно легче.
В магазинах вдруг появились продукты, продаваемые по талонам. Где они, интересно, были раньше? За ними не нужно было занимать очередь с вечера, а можно было в любое время прийти и отовариться. Были бы деньги. Талоны выдавали на каждого члена семьи. Нас в семье было пятеро и нам отпущенных по карточкам продуктов хватало с лихвой. В холодильнике появилась колбаса, сливочное масло и иногда мясо. Крупы мы ссыпали в трехлитровые банки, чтобы не завелся жучок, и эти банки еще долго выручали нас, когда уже отменили карточки. Мыла и стирального порошка было через край. У мамы до сих пор хранятся брусочки туалетного и хозяйственного мыла, тщательно завернутые в бумагу и упакованных в пакеты. И попробуй ей докажи, что они давно пропали. И место им только на свалке. Для нее – это великая ценность, которую надо беречь на черный день. Но это, наверное, осталось с военного времени.
Одного мне не хватало в то время – манной крупы. У меня как раз родился третий ребенок. Молочных смесей в продаже не было. Молоко у меня пропало, когда мы с ним попали в больницу – Саньке было всего два месяца. А кормить его надо было. И в основном, это была жиденькая манная каша на молоке, так как ничего другого в тех условиях придумать было нельзя. А крупы давали по 25 грамм в месяц на человека. И на нашу семью из пяти человек получалось 125 грамм манки на месяц. А Сашка мой ел из бутылочки кашу через каждые три часа. Представляете, этот ужас, когда ребенка реально нечем накормить. Поэтому свои 25 грамм манки мне отдавала наша соседка тетя Катя Горбачева (светлая ей память). У сестер дети тоже были младенческого возраста, всем нужна была манка. Предвижу комментарии на тему – да вы что! Какая манка ребенку грудному? Отвечаю: самая обычная. Другого ничего не было. На манной каше растили в советское время не одно поколение детворы. И слава Богу, все были здоровы.
Перед свадьбой по справке из ЗАГСа мы могли купить кольца обручальные и шторы на окна. Они у меня долго были в обиходе.
По талонам мы получали пеленки. В женском кабинете беременным перед уходом в декрет давали справку, и мы с этой справкой шли в магазин «Ткани», где нам дали по пять пеленок. Моя дочь родилась в конце октября. И представляете , насколько хватало нам этих пеленок? Они не успевали высыхать. Стирали -то мы руками! Сохли они долго. Памперсов в те годы, пардон, не было. И это тоже была проблема.
Однажды в центре города «выбросили» в продажу наволочки. И я с огромным животом тоже встала в очередь за ними – давали по две штуки. Так женщины, стоявшие в очереди, начали возмущаться, что нам и так дают пеленки по талонам. Так , видите ли, им еще и наволочки понадобились…
Каждый день с колясками, с малыми детьми бежали к определенному часу к магазину, куда подъезжала бочка с молоком и стояли в длинной очереди с бидончиками и банками. Если вдруг не получалось молока купить, можно было дома кричать «Караул», так как грудничков накормить было нечем. У нас не было бабушек в деревнях ближних, а договориться с деревенскими жителями, державшими корову, тоже не получалось. Муж пытался. Но никто не хотел возить молоко на работу. А нам ездить в деревню за молоком было не на чем. Да и в то время молоко выгодно было сдавать приемщику в колхоз. За это давали не только деньги, но и сено. Однажды дочка болела, было очень холодно и я не рискнула выйти с не по сильному морозу за молоком. Муж после работы оббежал все магазины, пришел ни с чем. Малышка голодная аж хрипела. Пришлось варить картошку, разминать ее, разводить в кипятке, добавлять немного сахару и кормить...
Ну а потом…потом, когда в магазине появилось все, у народа не стало денег. Зарплату стали задерживать, она не успевала за галопирующей инфляцией, а потом предприятия и колхозы и вовсе приказали долго жить.
Вот такие невеселые воспоминания нахлынули на меня сегодня. А все равно вспоминаешь то время, как светлое и радостное. Время, когда мы все еще верили в светлое будущее, и это давало силы и уверенности в завтрашнем дне.