Александр Грин (1880-1932) – едва ли не самый недооцененный, а если по-честному, то почти непрочитанный (да-да!) русский писатель. При всем красивом и громком, на самом высоком государственном уровне ежегодном прославлении его главного произведения – «Алых парусов» – от настоящего Грина мы в большинстве своем удивительно далеки. Общим хором твердим о главенстве мечты, о заветах делать чудеса своими руками, еще о чем-то столь же возвышенном – и все оказывается не про то… Не обижайтесь, пожалуйста, те, кто все-таки понимает, о чем писал Грин. Просто сейчас, сию минуту нам очень хочется как можно громче сообщить остальным, что наконец-то преодолена причина почти тотального недоразумения, разрушен странный «заговор молчания» о едва ли не главном периоде жизни и творчества писателя, о петербургском.
Этот период занимает треть всей жизни Грина, с 1906 по 1924 гг., и он вроде бы фактически проработан исследователями, не является какой-то тайной: известны все контакты, в том числе с самыми знаменитыми знаменитостями, и адреса проживания, визитов, поездок и т.д. Но в констатации этих данных, даже самых точных и документальных, до сих пор не хватало главного – взаимных творческих отношений человека и города, влияния гения места на судьбу и труд писателя. И вот, наконец, произошло долгожданное событие. Книга журналиста, экскурсовода, настоящего подвижника культуры Светланы Бардиной «Петербургская гавань Александра Грина» является не только первым крупным исследованием жизни и творчества писателя в городе на Неве, открывающим обширный ряд новых сведений и документов. В ней есть редкая одухотворенность, способствующая внутреннему зрению, символическому познанию реальных действий и обстоятельств. Светлана Владимировна ведет читателя в мир, который был главным для писателя, доподлинно знавшего, что «жизнь – это черновик вымысла». Каждая частица биографии Грина в ее изложении абсолютно достоверна, документальна и не несет в себе ничего «взрывного», с претензией что-то переиначить в уже известных сведениях о самом Грине, его современниках-писателях, его личных отношениях.
Но в целом – это совсем другая биография. Петербург Грина – это не меньше, чем Петербург Достоевского. И самые значительные произведения писателя не случайно были задуманы именно здесь. Придуманные города – Лисс и Зурбаган, при всей их внешней непохожести на великолепную имперскую столицу и страшную «колыбель революции», выросли на той же почве, по которой пролегли Невский, Лиговский и другие проспекты, набережные, мосты «самого умышленного города на земле». У летучих образов романтических героинь и героев имелись жизненные прототипы, как положительные, так и отрицательные. А как это произошло, «из какого сора» выросло – об этом, пожалуйста, к создателю виртуального музея «Северная Гринландия» С.В.Бардиной. Ее книга снабжена богатым и подробным справочным аппаратом и иллюстративным материалом, часть которого – результат собственных изысканий автора и публикуется впервые.
Бардина С.В. Петербургская гавань Александра Грина. Алые паруса Невского: Адреса и памятные места писателя в Северной столице. – Феодосия; Москва: Издательский дом «Коктебель», 2021, 288 с., ил. (Образы былого. Выпуск 23)
Книги по теме:
Если Вам понравилась идея и эта статья попрошу Вас поддержать развитие канала "Книжный класс" значком "Большой Палец Вверх" и подпиской на него .
Это имеет большое значение для развития канала на Яндекс.Дзен, мотивации и дальнейших публикаций.
Оставайтесь с нами.