Некогда Пётр Великий съездил за рубеж в Амстердам, постоял на мостиках, вдохнул ледяной холод. Глаза его вобрали жёлтый негаснущий свет морского заката.
Он видел сны. В его видения вошла вода, её переменчивый цвет. Ему снилось золото на голубом, зелёное на чёрном, улицы города, водяные купола и шпили. Царь построил город своего сна, он умер, а город остался и мы гуляем в тех самых снах человека, который жил в 17-18 веке. Петербург всегда был "детищем Петра", которое "пестовали на руках" все императоры России. Петербург - город, неприспособленный для простой человеческой жизни. Гоголь, Достоевский, Блок, Пушкин - оставили отпечатки своих снов по всему город, как тонкую моросящую паутину.
Почему жёлтый? Почему золото? Достоевский пишет о желтом в "Преступлении и наказании", Пушкин упоминает об этом цвете в своём "Медном всаднике". Сегодня все привыкли представлять Зимний дворец в светло-зелёных тонах, но так было далеко не всегда. В оригинальном исполнении Бартоломео Растрелли Зимний дворец предстал перед публикой в пастельных охристо-желтых тонах. Так было до 1850-х — 1860-х годов, когда при окрашивании знаменитого дворца в краску добавили красный пигмент.
Но если Зимний дворец, Кунсткамера и другие значимые петербургские постройки с течением времени меняли окрас, то большинство рядовых домов законсервировались в одной цветовой гамме. Особенно отчетливо это видно по петербургским дворам, которые не пестрят разнообразием разных цветов, а строго повторяют друг друга в желтом варианте.
Административные центры окрашивали дома охрой и красными оттенками, уезды — синькой и зелёными. По этому признаку легко отличить, когда населенный пункт стал адм. центром: при царской власти или при советской. Дворы Петербурга - настоящие "кулисы" мегаполиса, где, за фасадами исторических зданий, в тишине и покое, витает истинный дух старинного города.
Здесь за один год вы сможете увидеть больше, чем за десять предыдущих и десять последующих лет.