Деревенская улица была непривычно тиха. Хозяйки готовили ужин, школьники выполняли домашние задания, часть мужиков собралась в пожарке перекинуться в картишки, кое-кто просто лежал на диване, пялясь в телевизор, те, что помоложе, собрались в остановке – излюбленном месте сельской молодежи.
Сюда и привел Свету Слава, когда они пошли гулять. Ей было неудобно, во-первых, здесь были ученики старших классов, и пусть Света их не учила, но все же она была педагогом. Слышался мат, по кругу передавались бутылки со спиртным. Во-вторых, здесь же была Наташа, которая, не стесняясь, курила и отпивала из горлышка вино. И вовсе безобразная сцена случилась, когда Оглобля кинулась на Свету при всех. Сорвав с неё шапку, вцепилась в волосы, опрокинула в снег. Толпа улюлюкала и свистела, делались ставки на то, кто из учительниц победит. Света не слышала, что кричала Оглобля, в голове билась одна мысль: «Позор! Какой позор на всю деревню!».
Драка закончилась также внезапно, как началась. Слава оторвал Оглоблю от Светы, отшвырнул её в сторону и поднял Свету с земли.
– Ушиблась? Где больно? – спросил он.
– Всё в порядке, не беспокойтесь, – от волнения Света перешла на вы, – пойдемте отсюда скорее.
– Слышь, Натаха, не лезь ко мне больше, женюсь я и не на тебе. Забудь меня, липучка. Вон Митяй у нас один, – Славка кивнул на друга. Митяй пьяно сощурился, – забирай его, не прогадаешь. Будете на пару квасить.
Света не слышала этих слов, она спешно удалялась от остановки в сторону своего дома.
Подняв орущую матом Оглоблю с земли, Слава бросился догонять Свету.
Света не помнила как бежала по пустынной улице, когда Слава её догнал и схватил за руку, попыталась вырваться.
– Тише, милая, тише. Испугалась? Вот же Натаха чокнутая. Пьяная же, не держи зла на неё, это она от ревности, – объяснил Слава.
За разговором молодые люди дошли до Светиного дома.
– В кино, я так понимаю, мы не идем? – спросил молодой человек.
– Нет, – Света вырвала руку и скрылась во дворе. Услышав скрип снега под ногами уходившего кавалера, тихонько заплакала. Ей был обидно и стыдно одновременно.
Баба Нюра уже спала. Она вообще имела привычку рано ложиться и рано вставать. Света тихонько прошла в свою комнату. Когда-то, перед своим уходом из семьи, отец подарил ей маленького, с ладошку, медвежонка. Света сумела сохранить отцовский подарок и в детском доме, и в общежитии. В тяжелые моменты, например, как этот, она доставала игрушку и разговаривала с ней. Становилось легче. Как в детстве, когда папа побрасывал её в воздух, а она счастливо смеялась в цветущем саду. Тяжело вздохнув, Света спрятала игрушку и легла спать: завтра на работу.
Весть о драке двух учительниц на остановке в воскресенье вечером мигом облетела деревню. Неугомонные языки сплетниц заработали с удвоенной силой. Деревня как лесное озеро, покрытое ряской. Кинь камень в его середину, и пойдет волна до берега.
Лишенные развлечений сельские жители смаковали события воскресного вечера. Как бывает только в селе – события эти обрастали всё новыми и новыми подробностями. которых не было на самом деле.
Прямо с утра Свету вызвали на ковер к Зое Матвеевне, директору школы. В кабинете уже сидели старожилы педагогического коллектива, стояла раскрасневшаяся Оглобля. С её слов выходило, что драку начала Света, которая изначально вела себя неподобающе, была пьяна. К счастью для Светы, коллеги не поверили ни единому слову Оглобли, но устный выговор был сделан и той, и другой.
Выходя из кабинета, Оглобля толкнула Свету плечом:
– Еще посчитаемся, подруга, не спеши радоваться, – пошипела она.
День пролетел незаметно, первоклашки развеяли плохое настроение Светы. А дома ждал сюрприз: зайдя в дом, она увидела Славу с большим букетом цветов. С утра он съездил в город и купил в качестве извинения цветы. Она растаяла.
Прошло три месяца, Света и Слава встречались, в основном в доме бабы Нюры. А когда та уехала на недельку к дочери, и вовсе жили вместе. Перед её приездом Слава решительно заявил: «Жди в выходные сватов. Будем жениться». Свете было страшно, в памяти то и дело всплывали воспоминания из детства: уход отца, мать, ударившаяся сначала в религию, потом в пьянство. А еще пугала семья Славы. Единственная встреча –знакомство – оставила негативный след в её душе. Начнем с того, что она совсем не понравилась его матери. Сердито поджатые губы и тарелки, которые она со стуком ставила на стол, накрывая на обед, красноречиво об этом говорили. Ольга Николаевна женщиной была суровой, неласковой. В невесты единственному сыночку присмотрела дочь председателя колхоза. Славно бы объединились две семьи, не последние люди на селе. Но всегда послушный сын закусил удила: женюсь только на Свете и всё тут. Ольга взглянула на будущую невесту: худа, одни кости да кожа, детдомовка в придачу, за душой ни кола, ни двора, голытьба, одним словом. Гляди, ещё родит и ребенка им с мужем на шею посадит.
Света пыталась помочь хозяйке, но её осадили, а с любовью постряпанный домашний тортик в качестве гостинца небрежно бросили на стол в сенках. Будущая свекровь смотрела неодобрительно, задавала каверзные вопросы. Света краснела, смущалась и ругала мысленно себя за, то что не может взять себя в руки и достойно ответить. Скомкав разговор, она быстро попрощалась, и они со Славой ушли. По дороге он её утешал. уговаривал, говорил, что мама неплохая и они свыкнутся друг с другом.
В субботу заявились сваты. Чуточку подшофе, веселые, шумно ввалились в дом, но под грозным взглядом бабы Нюры присели в красном углу и сватовство покатилось как по накатанной колее санки зимой. Как положено, выпили, закусили, сговорились. Свадьбу решили сыграть в мае, сразу после борозды – окончания посевных работ. Света привычно отмалчивалась, разговор за неё вели баба Нюра да Зоя Матвеевна, директор школы, что согласилась быть посаженной матерью на свадьбе.
Это была странная подготовка к свадьбе. Ольга Николаевна развила бурную деятельность. Всё покупалось, шилось без участия Светы. Платье Света хотела заказать в местном КБО, но Ольга Николаевна отговорила от пустой, с её точки зрения, траты, в запасе у неё лежало собственное свадебное платье, которое Света вполне могла надеть. Со стороны Светы было совсем немного человек, пара коллег, баба Нюра. Света хотела пригласить подружек, с которыми жила в общежитии в одной комнате, она поддерживала с ними отношения, но ей мягко намекнули, что этого не надо делать. Зато Ольга Николаевна развернулась: все значимые люди села и района получили приглашение на свадьбу, чужие по сути, но нужные люди.
Накануне свадьбы Света спала как убитая, подготовка в последние дни совершенно её вымотала, хотелось только одного: чтобы побыстрее всё закончилось и началась привычная жизнь.