Рассвет несмело пробивался Сквозь листьев плотную завесу. Волк-одиночка пробирался Сквозь чащу сумрачного леса. В промозглом утреннем тумане Боками впалыми дрожал. Мех редкий, сбившийся клоками Тепло, как видно, не держал. День новый праздновал рожденье - По небу розовые стяги. Шепот листвы и птичье пенье Сопровождало бег бродяги. Давно ли он, как эти птицы, Восторженно встречал зарю, Вскормленный молоком волчицы В таежном девственном краю. Матерый зверь, лесов хозяин Вступал он гордо в новый день. Вожак свирепой волчьей стаи, Грозы окрестных деревень. Немного с той поры минуло, Но оглянуться не успел, Как мир вокруг перевернуло, Когда он чем-то заболел. Болезнью странной, непривычной, Какой доселе лес не знал: Был полон сил он, как обычно, Но жизни вкус не ощущал. Вид крови, хлынувшей из раны, Прекрасным больше не казался, И жертвы хрип, до боли странно, Ему под сердцем отдавался. Он потерял к охоте тягу, Не мял соперникам бока, И вскоре выгнали беднягу Из стаи, словно старика. С тех