Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Саида Дубова

«Не ве-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-рю!» — написала молодая жена пулеметчика, мать троих детей из Днепродзержинска.

Она узнала о смерти мужа из Фейсбука. Командир ей тогда еще не дозвонился. В этот момент Алексей почувствовал себя ни много ни мало виновником смерти ее мужа. При этом тот кадр, по его собственному мнению, был в профессиональном смысле одним из самых «удачных» за его многолетнюю карьеру военного фотографа. У него хорошо получалось снимать войну. Он понимал ее лучше многих других. Этим пониманием он был, в свою очередь, обязан своему собственному прошлому опыту солдата на настоящей войне. Выпускник московского Института восточных языков, ветеран войны в Афганистане — первой и последней войны, в которой он участвовал со стрелковым оружием в руках, а не с камерой, Алексей не любил об этом рассказывать. Отвечал лишь, если спрашивали, что служил там офицером-переводчиком с фарси при штабе в Кабуле. О его «настоящей войне», как он ее называл, никто ничего толком не знал, даже Ксюша. Алексей до сих пор начинал свой день (не на войне) с утренней пятикилометровой пробежки, с подтягиваний на тур

Она узнала о смерти мужа из Фейсбука. Командир ей тогда еще не дозвонился. В этот момент Алексей почувствовал себя ни много ни мало виновником смерти ее мужа.

При этом тот кадр, по его собственному мнению, был в профессиональном смысле одним из самых «удачных» за его многолетнюю карьеру военного фотографа. У него хорошо получалось снимать войну. Он понимал ее лучше многих других. Этим пониманием он был, в свою очередь, обязан своему собственному прошлому опыту солдата на настоящей войне.

Выпускник московского Института восточных языков, ветеран войны в Афганистане — первой и последней войны, в которой он участвовал со стрелковым оружием в руках, а не с камерой, Алексей не любил об этом рассказывать. Отвечал лишь, если спрашивали, что служил там офицером-переводчиком с фарси при штабе в Кабуле. О его «настоящей войне», как он ее называл, никто ничего толком не знал, даже Ксюша.

Алексей до сих пор начинал свой день (не на войне) с утренней пятикилометровой пробежки, с подтягиваний на турнике, с отжиманий от пола, с холодного душа. Но, кроме отличной физической формы, он обладал бесценным качеством военного корреспондента — никогда не паниковал. Don’t panic! из романа Дугласа Эдамса было его военным и жизненным кредо.

В марте 2003 года известный американский журналист, его хороший знакомый, однажды, перед самым началом американских бомбардировок Ирака, вдруг сломался, сорвался, уехал, или попросту бежал, из Багдада прямиком в Иорданию. Уезжая, он оставил ключ от своего номера Алексею, делящему номер в этом же отеле с другим фотографом.

огда Алексей зашел в спешно оставленный его коллегой номер, он был потрясен количеством и качеством амуниции, которую тот привез с собой в Багдад. Явно готовил себя к настоящему Армагеддону — ни больше ни меньше.

Там для целого взвода было достаточно спецодежды и оборудования, чтобы пережить настоящий ядерный удар или массированную химическую атаку. На столе Алексей нашел толстенную книгу-самоучитель «Как выжить на войне», открытую на странице, которая начиналась главой под названием «Ваши действия, если ваш коллега при вас совершил самоубийство».