Миниатюра в диалоге из серии «Гаррий Бонфатьевич и большой железный паровоз»
— Товарищи! В нашу писательскую организацию поступило обращение военного комиссара города. Он сообщает, что у него в военкомате в этом году наблюдается большой рост уклонистов. Если кто не понимает, что означает этот термин — поясняю: уклонист это призывник, уклоняющихся от службы в армии. В нашей непобедимой и, как сами понимаете, легендарной.
— И чего?
— Ни чего, Гаррий Бонифатьевич, а так точно! Сами-то в армии служили? В нашей непобедимой тире легендарной?
— Кто?
— Вы!
— У меня освобождение. По причине плоскостопия, паховой грыжи и проблемной наследственности. На генетическом уровне.
— То есть, проще говоря, ссытесь по ночам.
— Почему же обязательно ссытесь? Ничего не ссытесь! Есть более благозвучный медицинский термин — «ночное недержание». А то прям ссытесь… Что такое ссытесь… Можно же и поделикатнее выразиться… Не оскорбляя чувств трудящихся масс… Ссытесь… Срётесь… Да и не каждую же ночь я ссусь, а только тогда, когда присутствует провоцирующий момент.
— Расшифруйте, говорливый вы наш. И невероятно деликатный..
— Например, когда освежусь чрезмерно.
— Опять непонятно. Вы физкультурник, что ли?
— Скажете тоже… Вы бы меня ещё космонавтом обозвали. Или героем—стахановцем… «Освежусь» это такой деликатный термин. Чтобы не оскорблять чувств трудящихся масс. Расшифровывается как слишком много выпью.
— А-а-а! Так вы к своему плоскостопию ещё и алконавт!
— Почему сразу алконавт? Что у вас, Гаррий Бонифатьевич, за привычка такая неприличная — оскорблять трудящиеся массы своим грубым откровенным произношением? Неужели нельзя поделикатнее выразиться? Например, человек, измученный нарзаном... А то сразу алкаш… Нельзя же так! Это же, в конце-то концов, не эстетично!
— Да я бы вас, таких эстетичных и деликатных, не на год призывал, а лет на пять! Или как во времена Петра Первого, на двадцать пять!
— Гаррий Бонифатьевич, прошу вас успокоится. Чай, не при царском режиме живём. С его сатрапами и вассалами. Да и вообще. Из-за чего возбуждаться? Помочь так помочь. Как говорится, итить так итить. Поэтому лично я хочу сделать встречное предложение: мы поможем военкомату с призывом — они пусть нам помогут с дровами.
— Не понял. С какими дровами?
— Дровами, которыми печки топят. Что непонятного?
— У нас газовое отопление.
— Если дрова не нужны, тогда ещё с чем-нибудь. Например, с колбасой.
— Вы меня в очередной раз изумляете. С какой колбасой?
— Которая еда. Которую есть.
— Откуда военкомат возьмёт вам колбасу?
— Очень просто: выделит из своих фондов.
— Из каких фондов?
— Я не знаю из каких. Может. даже из стратегических. Которые на случай внезапного удара.
— Вы соображаете. что предлагаете?
— Мне соображать нечего. Я предлагаю. А не соображаю. Выделить-то он может? Тем более, что мы же идём ему навстречу. Так вот пусть он идёт туда же тоже!
— Хм… Это логично. Ау них она точно есть?
— Что есть?
— Колбаса.
— Гаррий Бонифатьевич, вы мне удивляете. Я вам что, полководец? Откуда я знаю, что у них есть?
— Хм… Хорошо. Я напишу записку в пленум. Но предупреждаю сразу: колбасу я буду распределять лично! В зависимости от прав и обязанностей! Всё понятно, голуби вы мои предприимчивые?