В повисшей тишине прозвучал облегченный выдох Элизабет, и Винсент бросил на виконта Бейли осуждающий взгляд.

В повисшей тишине прозвучал облегченный выдох Элизабет, и Винсент бросил на виконта Бейли осуждающий взгляд. Ну вот зачем было говорить ей? Ведь они оба знали, какая это за пытка, когда в душе рождаются и умирают надежды. Но Бейли ответил лишь упрямо поджатыми губами — то ли не видел смысла скрывать, то ли сделал чисто из принципа. Впрочем, Винсенту было не до сути его решений. Тем более, Эван уже начал подготовку к ритуалу и ему нужна была помощь — колено от постоянной ходьбы гнуться отказывалось совершенно. Элизабет вызвалась помочь, вычерчивая на полу очередную острую октаграмму, подметая своим платьем пыльный деревянный пол, но совершенно не обращая на это никакого внимания, что ей пыль и платье… Присутствующие чувствовали себя совершенно бесполезными и только, пожалуй, Бейли это коробило меньше всего. Куда больше его беспокоил внезапно занервничавший Матиас, попытавшийся вновь освободиться, будто предчувствуя надвигающийся ритуал. — Элизабет, — начал Винсент, когда подготовка оказалась закончена. Встретился с сердитым взглядом девушки, но договорил. — Будет лучше, если ты все же выйдешь. Зрелище предстоит не из легких… Особенно для тех, кому Матиас настолько близок, чтобы на расстоянии чувствовать друг друга. — Винсент! — возмутилась девушка, тут же взвиваясь подобно фурии. — Он мой брат! — В том и дело, — вдруг неожиданно мягко вклинился Бейли. — Барон прав, Лиззи. Это действо имеет мало общего с описанием в детских сказках, где добро побеждает зло. И да, я в курсе, что ты не ребенок, — поднял он предупреждающе ладонь, прерывая так и не начатую гневную тираду. — Тем не менее. Прошу, покинь палату. Мы не хотим рисковать еще и тобой. Элизабет Беррингтон перевела взгляд на Кэмпбелла, но и тот не встал на ее сторону, так что ей оставалось лишь удалиться с гордым видом оскорбленной невинности. — Мы за это поплатимся, — едва слышно вздохнул Эван, едва за девушкой с дребезгом захлопнулась дверь. — Несомненно, — тихо отозвался Винсент, по-прежнему держась за свои несчастные ребра, что, казалось, вошли со звуком в резонанс. — Приступим? Бейли с готовностью кивнул, отстегивая несчастного Матиаса, чтобы, испуганного, дрожащего и слабо сопротивляющегося, буквально силком поставить в центр печати, мгновенно вспыхнувшей угрожающим алым светом. Матиас испуганным зверьком метнулся прочь, но лишь влетел в энергетический заслон, так и не сумев пересечь границ печати. Также не откладывая, Эван приступил к чтению текста, в явной спешке переписанного из книги. Винсент подступился ближе к печати, накрыв ладонью рукоять фамильного клинка, надеясь все же, что не придется пустить его в ход. Применить против Матиаса Беррингтона, смерть которого прервет еще один славный род… Сколько их было прежде? Винсент с детства помнил генеалогическое древо, трепетно вышитое прабабушкой золотыми нитями. Огромное, раскидистое, оно уходило куда-то в глубину веков. Легенды утверждали, будто предками их были дети самого Великого, сотворенные им из Тьмы, чтобы жить в ней и охранять семь печатей. Винсент качнул сам себе головой, отгоняя посторонние относительно момента мысли, переводя взгляд на жертву одной из тварей, просочившихся в приоткрытую дверь. Отрешенный прежде, Матиас зарычал, бросаясь на заграждение, бился точно в агонии, крича то ли от боли, не в состоянии выпустить нурда через цельное тело, то ли существо, отказываясь выходить, металось в своем убежище. Оно билось под кожей, заставляя ее идти буграми — абсолютно тошнотворное зрелище, но Винсент сдержался, не отшатнувшись и оставаясь на месте, пытаясь сквозь ужасающие нечеловеческие крики несчастного, сконцентрироваться на мелодичном голосе Эвана, распевающего заклинание. С последними его словами Матиас упал на четвереньки, и царапины на его спине неожиданно вскрылись, выпуская нурда, перепачканного в крови. Тварь бросилась на барьер, словно пытаясь пробить его, но лишь вспыхнула, рассыпаясь алыми искрами. Потухнув, те упали на пол клочками пепла. Матиас хрипло застонал, вероятно, криками ободрав горло, и рухнул на пол, словно бескостный. Бейли сделал шаг вперед, но Винсент задержал его рукой. — Барьер. На мгновение поджав губы, Бейли кивнул, отшагнув и уступая место жрецу. Сделав легкое движение ладонью, тот шепнул пару слов, и барьер мгновенно растаял, позволяя подойти к несчастному. — Не может быть. Бейли уже оттаскивал истекающего кровью Матиаса, а Винсент продолжал стискивать рукоять, испытывая чувство сродни разочарованию. Так просто? Сделал шаг, ступая в пределы октограммы, даже сейчас ощущая оказываемое ею энергетическое сопротивление — барьер был создан сдержать зараженного. А тварь?.. Крик Эвана долетел, точно пробиваясь через толщу воды, а в следующий миг его с силой толкнули. Падая, Винсент успел увидеть, как во вспышке света материализовался из воздуха "погибший" нурд, вцепившись в спину жреца.