В последнее время все чаще слышу в разговорах уничижительное слово «поломойка». Человек скажет это слово, как припечатает. Будто клеймо позорное поставит. А меня же это просто коробит: зачем так?
Моя история будет про обычную женщину. И жизнь ее самая обычная. Светлана Николаевна родилась в большом городе, в семье простой, но очень дружной и порядочной. Отец, мать, старший брат.
Мама умерла рано, Свете было 20. Старший брат уже был женат, своих двое мальчишек, жили они отдельно. Света после школы поступила в училище на совсем новую тогда специальность «Оператор ЭВМ».
Закончила и устроилась на огромный завод – видано ли! – в бухгалтерию. «Повезло дочке», - говорили знакомые ее отцу. Тогда это было действительно большой удачей.
А вот замуж никак не получалось. Ребеночка уже своего хотелось и крепкое плечо рядом. Кавалеры были, но какие-то «не те». Дело шло к 30. Однажды на майские праздники подруга позвала в деревню к родственникам. Там Света познакомилась с двоюродным братом Татьяны. Михаилу было чуть за 30. Простой деревенский мужик, работал на заводе. Пожалуй, только очень скромный, все не женится никак.
Как-то сразу они приглянулись друг другу. Недолго и встречались, уже в августе сыграли свадьбу. Михаил в город ехать отказался наотрез. Так и остались жить в деревне. Поначалу жили хорошо, в мире и любви. И получали, кстати, оба неплохо. У мужа зарплата приличная. Светлана устроилась в военкомат.
Знакомые по-разному относились к жене Михаила: кто-то завидовал, кто-то фыркал, мол, фифа городская. Первое время Светлана и вправду для деревни выглядела чересчур необычно: белые сапоги (по осенней-то грязи), платья модные, правильная речь и городское «аканье». Потом как-то постепенно все это ушло, и Светлана слилась с деревенской массой.
Долгожданная дочка у них родилась через год, Света надышаться не могла на нее. Только как пошла в садик, Юля стала часто болеть. Свекровь уже старая, сидеть с внучкой не могла (или не хотела). Приходилось часто брать больничные. А это начальнику не нравится. Светлана сменила военкомат на работу продавцом в магазине. Но и оттуда ее потом попросили.
Начало 90х. С работой вообще стало туго, все закрывалось. Юля пошла в первый класс. А Светлана, побыв безработной, нашла единственное место: уборщицей в местной библиотеке. Платили, конечно, очень мало, но верилось, что это временный вариант. «Да и дома с дочкой больше времени буду проводить, ей сейчас тяжело привыкать к школе», - утешала себя Светлана.
Но годы шли, а найти другую работу не получалось. Может, знакомств нужных не было. Как говорится, все временное – самое постоянное. Жили бы в большом городе, возможностей было бы гораздо больше.
С мужем стали постоянно ругаться. Михаил много пил. На заводе тогда стали платить копейки. Искать другое место он не хотел: принципы – «всю же жизнь на родном заводе». Так и перебивались, жили очень скромно.
И так бывает. Светлана Николаевна до пенсии проработала уборщицей. Разве по своему желанию? Разве из-за недалекого ума? Разве была она какой-то лентяйкой или опустившейся пьяницей? Нет! Уж я-то это точно знаю. Скорее, была она неудачницей. Все могло бы в ее жизни сложиться совсем по-другому, если бы она не поехала когда-то с подругой в деревню на выходные: была бы у нее хорошая работа, где ее бы не унижали, а уважали, хорошее жилье, а не эта старая убогая квартирка, заботливый муж, с которым бы не пролила она столько слез. Но тогда и дочки бы не было, любимой Юленьки. Все в жизни она делала для нее: занималась с ней, не развелась, чтобы без отца не оставить, каждую копейку откладывала и копила для дочки.
У Юли все сложилось неплохо. Но это совсем другая история.
«Поломойка» - это не стыдно, это грустно. Не всегда людей стоит оценивать по месту их работы. Героиня истории – честная, порядочная, добрейшая женщина. Была.
И да, Светлана Николаевна была моя мама.