В то же самое время, когда шли бои водоль линии Уральской горнозаводской железной дороги в районе Кушвы, другим местом упорного противостояния стало Лысьвенское направление, станции Кын, Кумыш и село Кын-завод, расположенное в месте впадения речки Кын в Чусовую. Отсюда дороги идут на Кунгур, Чусовой и Кушву. Начиная с августа 1918 года, эти места несколько раз переходили из рук в руки. Оборонялись здесь части Особой бригады. Надо сказать, что Особая бригада действительно была особой. Интербригады появились вовсе не в Испании, как некоторые думают. На Восточном фронте в 1918 году обычным делом были соединения из китайцев, корейцев, финнов, латышей, но основную массу интернационалистов составляли бывшие военнослужащие австро-венгерской армии, прежде всего, венгры и австрийцы. Комиссаром Особой бригады был Б.Кун, командиром сначала В.Рейхард, а затем Ж.Зомберг. 11 ноября закончилась Великая война и многие иностранцы начали уезжать к себе на родину, вместо них в бригаду направляли местные кадры.
![Лысьва. Завод и Свято-Троицкий храм. [1900-1917 годы]](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/5226854/pub_61b3a319cc7b81093064e6cb_61b3aa69506c0d64b4a3a746/scale_1200)
К началу наступления белых она включала в себя 1-ый Сибирско-Лысьвенский полк, 1-ый (259-й) Лесновско-Выборгский полк, 58-ой Владимирский полк, батальон Пермского советского полка и батальон Московского интернационального полка, кавалерию, артиллерию и бронепоезда. Противостоявшие ей части 1-го Средне-Сибирского корпуса были почти в два раза больше по численности. Полки корпуса были разделены на две колонны под командованием генерал-майоров Б.М.Зиневича и А.Г.Укке-Уговца. Части первого наносили удар в район станции Кын и села Кын-завод, а второго на деревню Крутой Лог и станцию Кумыш.
2 декабря 1918 года после яростного двухдневного боя у станции Палёный Лог погиб бронепоезд № 2. Экипаж поезда формировался на станции Усольская в основном из уроженцев Пермской губернии, ранее служивших на Балтийском флоте. Командовал им бывший помощник машиниста матрос Иван Деменев. Известны имена и нескольких членов команды - это Иван Шерстобитов, Евгений Ялов и активный участник событий октября 1917 года в Петрограде Яков Дружинин. Служили в экипаже и бывшие матросы с крейсера 1-го ранга "Аврора".
В конце ноября 1918 года бронепоезд маневрировал на Западно-Уральской ветке железной дороги, поддерживая здесь части Особой бригады. Едва успев выручить из окружения интернациональный батальон, он был срочно брошен на помощь 1-ому (259-му) Лесновско-Выборгскому полку. Бой прошёл удачно, но при возвращении бронепоезд попал в ловушку - белые разобрали пути. Все попытки прорваться провалились, когда боеприпасы закончились, экипаж взорвал основной броневагон и стал выходить из окружения мелкими группами. Уцелели всего несколько человек, среди них - Константин Шалахин и Иван Тиунов. Обескровленные остатки Особой бригады отходили на Север к ст. Калино.
Особая бригада прикрывала тыл 29-ой стрелковой дивизии, которая с тяжёлыми боями отступала из-за Урала к району узловой станции Калино, где соединяются Западно-Уральская и Горнозаводская ветки железной дороги. За 2 недели боёв только один 1-ый (253-ый) Коммунистический Крестьянский полк Красных орлов потерял около 400 человек одних только коммунистов. "Положение у нас пиковое. Я только что вернулся из 29-й дивизии. Части устали до потери человеческого облика. Стойко дрались и гибли старые добровольческие полки. 29-я дивизия делает всё. Она выше похвалы.", - сообщал М.Лашевич, только что сменивший на посту командующего 3-ей армией Р.Берзина, члену Реввоенсовета фронта И.Смилге.
Но силы были слишком неравны. В ночь на 13 декабря белые, сосредоточив большие силы, заняли ст. Калино. 29-ая стрелковая дивизия была разрезана на две части. Одна группа её полков отошла на юго-запад к станции Селянка, другая по Луньевской ветке железной дороги начала отход на северо-запад к Усолью. Штаб 29-ой стрелковой дивизии практически потерял связь с частями.
Шла жестокая борьба и в окрестностях Главной железной дороги Пермь-Екатеринбург и на Гороблагодатском тракте, где красные попытались нанести контрудар во фланг 1-ому Средне-Сибирскому корпусу белых у села Сосновское. Манёвр совершала 6-ая бригада и приданные ей другие части 30-ой стрелковой дивизии. Среди них были 1-ый Уральский кавалерийский полк, одним из эскадронов, которого командовал будущий маршал К.Рокоссовский, и батальон 1-го морского Кронштадтского полка. С 3 декабря в этом районе развернулись бои возле деревни Сая. 3 дня красные успешно отбивались. Но с утра 7 декабря два полка 2-ой Сибирской стрелковой дивизии и офицерский штурмовой батальон, обойдя их левый фланг на лыжах, атаковали деревню Сая с севера. Выход лыжников во фланг был неожиданным, но оборонявшие этот участок кавалеристы и кронштадтцы не дрогнули. На следующее утро бой возобновился. Теперь батальоны Томского полка, по-прежнему на лыжах, сумели обойти позицию красных ещё глубже и атаковали её не только с севера, но уже и с запада. Благодаря успешной контратаке кавалеристов, белых удалось отбить, но конница попала под пулемёты сибиряков и с потерями отступила. После передышки колчаковцы, подтянув части 7-ой Уральской дивизии горных стрелков, 13 декабря возобновили наступление севернее железной дороги Екатеринбург - Кунгур.
В ночь на 14 декабря лыжники белых обошли расположение красных и атаковали их с тыла в деревнях Верхние и Нижние Исады. В ходе ночного боя конники 1-го Уральского кавалерийского полка сумели прорвать кольцо окружения, судьба 1-го морского Кронштадтского полка сложилась иначе. Полк состоял из балтийских матросов, дисциплина в нём была низкой, случалось пьянство, было много дезертиров. На прорыв он оказался не способен и почти полностью был уничтожен, около 500 матросов, взятых в плен, белые застрелили или закололи штыками. Примечательно, что командовавшие полком П.Кокоулин и Н.Татаринов чудом уцелели, однако в последствии изменили красным и участвовали в белогвардейских мятежах 1919 года в кронштадских фортах Красная горка, Серая лошадь и Обручев.
Успехи первой половины декабря позволили белым высвободить значительные силы и атаковать Кунгур. Сюда, соперничая со 2-ой Чехословацкой пехотной дивизией, с 10 декабря наступавшей со стороны станций Кордон и Шумково, устремилась 7-ая Уральская дивизия горных стрелков В.Голицына. 2 дня 265-ый и 269-ый полки 30-ой стрелковой дивизии красных упорно обороняли город. Но вынуждены были его оставить, поскольку белые по Горнозаводской ветке уже подходили к Перми. В результате колчаковцы установили сплошной фронт от Лысьвы до Кунгура, постепенно продвигаясь на запад. Но успех белым достался нелегко. В одной только 7-ой Уральской дивизии горных стрелков генерала В.Голицына за короткий период с 28 ноября по 3 декабря выбыло из строя 3259 человек.
Иногда бывали случаи, когда красные удачно контратаковали. Один из них произошёл в районе станции Селянка Горнозаводской ветки, где действовали 253-ий Коммунистический Крестьянский полк Красных орлов и Путиловский стальной кавалерийский полк. 13 декабря колчаковцы повели наступление на станции Селянка и Комарихинская, оставив в резерве в селении Верхне-Кутамышское 3-ий Барнаульский сибирский стрелковый полк (около 1500 штыков). Положение красных было критическим. Ослабленные предыдущими боями (в некоторых полках оставалось по 150-400 человек) они были не в состоянии отразить крупные силы врага. Резервов не было. Видя такое положение, командир 1-ой бригады 29-ой стрелковой дивизии Ф.Акулов, собрав потрепанный Путиловский стальной кавалерийский полк, находившийся в деревне Вереино, двинулся в тыл противника. Он решил атаковать стоявший в Верхне-Кутамышском 3-ий Барнаульский сибирский стрелковый полк. Атака была столь стремительна и неожиданна, что белые не смогли оказать достойного сопротивления. Бросая винтовки и снаряжение, они стали беспорядочно отходить от Селянки. Боец 253-го Коммунистического крестьянского полка Красных орлов Ф.Голиков так написал об этом в своём дневнике:
"Наши кавалеристы, воспользовавшись охватившей врага паникой, вышли к деревне Кутамышской. Там располагался в резерве 3-ий Барнаульский полк белых, недавно сформированный в Томской губернии. Этот полк был окружен путиловцами и почти весь полег под саблями. Уцелели немногие, и те попали в плен. Сейчас уже известны результаты боя. С радостью заношу их в свой дневник: 160 пленных, 2 исправных 48-линейных орудия с 40 снарядами, 3 исправных пулемета "максим", около 300 винтовок. А патроны даже подсчитывать не пытались. Захваченные орудия, так же как и снаряды, красноармейцы тут же пустили в ход".
Телеграфируя в штаб 3-й армии об этой блестящей операции, начдив 29-й стрелковой дивизии М.Васильев подчеркивал: "Душой и главным руководителем этого лихого налета является комбриг Акулов, который при атаке лично зарубил одного батальонного и одного ротного командира белых. Ближайшим помощником комбрига Акулова являлся командир Путиловского полка тов. Прокофьев". Военный Совет 3-ей армии вынес им благодарность "за лихие действия и товарищескую выручку". Начдиву было приказано представить к награде отличившихся бойцов.
Однако один удачный бой не мог изменить тяжелой обстановки. Советское командование пыталось отвлечь силы противника с участка дивизии М.Васильева, отдав приказ о переходе в наступление частей 2-ой армии, но реального результата это не дало. Белые двинулись дальше, тесня 30-ую стрелковую дивизию В.Блюхера и, добивая полки 29-ой стрелковой дивизии, которые "пять дней отбивались буквально без хлеба и прочих продуктов продовольствия" при 35-градусном морозе. Усталость и истрёпанность частей при отступлении доходили до того, что красноармейцы, по словам дивизионного комиссара С.Мрачковского, ложились на снег и просили товарищей пристрелить их: "Не в силах стоять на ногах, тем более не можем ходить, устали, кончайте с нами, товарищи".
Мороз и снег были весьма серьёзным противником для частей Красной Армии. Тёплого обмундирования остро не хватало, нелёгким было и продовольственное положение. Ещё в середине ноября военком 5-ой бригады 30-ой стрелковой дивизии Ионов докладывал начальству: "Район нашего нахождения мы весь объели, надежды же на получение из отдела снабжения штаба дивизии необходимого фуража и продовольствия у нас нет. Тёплого обмундирования не хватает. Перчаток, тёплых портянок нужно страшно, у многих их нет, отдел снабжения не даёт, а выдал вязаные, как это кавалеристам носить - неделю, и все порвались... Нет у многих шинелей, когда пришла пора ходить в шубах, а у некоторых ни того, ни другого, и таких порядочно в полках, сапоги развалились, и чинить их нечем, кожи подошвенной дают десятую часть необходимого. Сапог нет, в 4-ом номерном полку ходят некоторые в лаптях, одежда рвётся; маленькая дырка, которую можно бы зашить, с быстротой превращается в большую - нечем зашить, ниток не дают... Холода, заболеваемость отражаются сильно. Болеют массами во всех полках".
Ко всему прочему, 3-ей армии приходилось воевать на два фронта: с явным противником, которого она видела и знала, и с населением в тылу, которое под руководством белогвардейских агентов взрывало железные дороги, поднимало восстания, чинило всякие препятствия. Пути в тылу приходилось охранять специальным бронепоездом. Все партийные и советские учреждения единогласно констатировали "сплошную контрреволюционность" населения Пермской и Вятской губерний.
В Москве плохо представляли, что происходит на Урале, и отбивали одну тревожную телеграмму за другой.
ТЕЛЕГРАММЫ В.ЛЕНИНА Л.ТРОЦКОМУ И И.ВАЦЕТИСУ
12 декабря 1918 года
Троцкому по месту нахождения
Пермь в опасном положении. Считаю необходимым послать подкрепление. Питер может дать полки советской бедноты, их там два, или другие, по указанию Реввоенсовета. Предлагаем Вам сделать надлежащие указания возможно скорее. Предлагаем указать Реввоенсовету на огромную важность Кизеловского района Перми, снабжающего углём заводы и всю железную дорогу. Потеря Кизела остановит движение. Ленин.
13 декабря 1918 года
Все шифром
Воронеж или по месту нахождения Троцкому
Крайне тревожны вести из-под Перми. Ей грозит опасность. Боюсь, что мы забыли про Урал. Непременно налегайте на Вацетиса и проверяйте, достаточно ли энергично он даёт подкрепления Перми и Уралу. Лашевич говорил Зиновьеву, что посылать надо только обстрелянные части. Ленин
22 декабря 1918 года
Вацетису
Что сделано для того, чтобы упрочить положение наших частей в районе Перми, требующих от Центра срочной помощи?
Ленин
Главное командование вяло реагировало, так же посылая на Восточный фронт телеграммы.
ДИРЕКТИВА ГЛАВНОГО КОМАНДОВАНИЯ ОБ УДЕРЖАНИИ ПЕРМИ
22 декабря 1918 года
Из последних донесений усматривается, что 3 армия отступает с угрожающей для Перми быстротой.
Прикажите 2 армии прийти на помощь 3-ей. Предупреждено, что г. Пермь ни в коем случае не должен быть сдан.
Главком Вацетис, Член Реввоенсовета Аралов
См. Также изначальный текст в ЖЖ:
В битве труда с капиталом поле сраженья — весь мир! ЧАСТЬ II. СМЕЛО ТОВАРИЩИ В НОГУ, ВСЕ НА БОРЬБУ С КОЛЧАКОМ!
Эти и другие материалы из ЖЖ и пр. см. в телеграм-канале https://t.me/polikliet
© polikliet
Если вам понравилась статья, подписывайтесь на канал, комментируйте, делитесь ссылками, ставьте лайки