Слово «заградительный» лично у меня вызывает ассоциацию исключительно с теми самыми заградотрядами. Однако только таким эпитетом и можно снабдить грабительские по своему размеру (до 30% (!!!) от суммы транзакции) тарифы, устанавливаемые банками за проведение операций, подпадающих под категорию подозрительных с точки зрения контроля в рамках ПОД/ФТ.
Суть этого явления заключается в том, что банки таким образом стремятся снизить число сомнительных операций и, одновременно, не упускают возможности подзаработать на этом как бы благом деле: к числу подозрительных может относиться достаточно большое количество разнообразных транзакций (об этом, кстати, в следующих постах), поэтому их проведение для многих организаций неизбежно.
Заградтарифы – далеко не новость. Еще в 2019 году на эту нездоровую практику обратила внимание Федеральная антимонопольная служба (см. об этом: https://fas.gov.ru/publications/19988). Не оставались в стороне и депутаты Госдумы (законопроект об ограничении заградтарифов (N886268-7) был внесен в Госдуму в начале 2020 года, но рассмотрение его затянулось и на данный момент он находится на этапе второго чтения). Разумеется, не мог не отреагировать и ЦБ РФ, правда, реакция его оказалась довольно вялой и неоднозначной: не одобряя в целом широко распространившейся «заградительной» практики, в то же время, он допускает подобные экономические рычаги воздействия на поле ПОД/ФТ, исходя из тех самых благих намерений, которыми всем известно что вымощено.
Такого рода реакция (ее возникновение и характер) властных структур на повышенные (мягко говоря) тарифы под флагом борьбы с отмыванием объясняется, на мой взгляд, рядом причин: во-первых, действительно, велик соблазн пополнить перечень антиотмывочных мер «экономическими рычагами», тем более, что возникли они в банковской среде вроде как естественным образом (здравствуй, невидимая рука рынка!); во-вторых, банковское лобби никто не отменял (надо ли говорить, что банки выступают сугубо «за» такую практику); и, наконец, в-третьих, активно возражают клиенты банков, что и не дает дискуссии заглохнуть.
Недовольство банковских клиентов обусловило подключение к проблеме третьей ветви власти – судебной, которая, возможно, станет первой в плане прецедентного разрешения вопроса о законности такого рода действий банков по существу.
На днях Верховный суд РФ вынес определение по делу А45-20530/2020, отменив решение Арбитражного суда Новосибирской области, поддержанное судами апелляционной и кассационной инстанций, по делу о взыскании незаконного обогащения банка в форме того самого заградительного тарифа. Не вдаваясь в детали этого дела (желающие могут ознакомиться в картотеке арбитражных дел), остановимся на следующем:
- суды трех инстанций встали на сторону банка, а Верховный суд не согласился с их позицией (к слову, по весьма существенным основаниям), и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
- при этом Верховный суд указал на то, что взимание банком специального (повышенного) размера комиссионного вознаграждения за сомнительную операцию не соответствует целям правового механизма противодействия легализации, а Закон №115-ФЗ не содержит норм, позволяющих кредитным организациям устанавливать специальное комиссионное вознаграждение.
Указания вышестоящих инстанций, как правило, являются прямым руководством для действия инстанций нижестоящих при новом рассмотрении дела, поэтому, на мой взгляд, принятие решение в пользу клиента банка в данном случае практически предопределено. Но для создания прецедента как никогда важна мотивировочная часть судебного акта, и тут, как говорится, будем посмотреть.
Как будем посмотреть и за развитием ситуации с заградотрядами, то бишь с заградтарифами в целом.
https://t.me/underbanks_ru