* * *
Что происходит?! - мысли в голове Славы летали стайкой испуганных птиц. - О чем они говорили?! Кто они?! Не-ет... это бред какой-то... Ну, не может этого быть...
Но другой голос шептал ей, что как бы не была страшна реальность, но все это правда и происходит с ней...
Щелкнул замок и в комнату вошел Никас.
- Пошли. У нас мало времени.
Слава испуганно отпрянула от него, обратив внимание, что кожа на его груди первозданно чиста и на ней нет никаких ран или хотя бы рубцов.
- Ты слышала наш разговор? - он прищурил глаза.
- Слышала.
- Это и к лучшему. Некогда мне ликбезы с тобой проводить. Если хочешь заехать домой, я отвезу тебя. Решай, потому что мы уезжаем.
- Зачем я вам? - жалобно спросила Слава, пытаясь найти в его глазах хоть каплю сочувствия.
- Я не знаю, - недовольно ответил он. - Мне-то уж точно ни к чему. Пошли.
Слава молча двинулась за ним, рисуя в мыслях страшные картины своего будущего.
Когда они подъехали к ее дому, Никас поднялся с ней в квартиру, нетерпеливо поигрывая ключами. Девушка вытащила из шкафа сумку и покидала в нее самые необходимые вещи, лихорадочно соображая, как сбежать.
- Можешь не стараться. Ничего не выйдет.
Слава изумленно глянула на него и он ухмыльнулся.
- Не переживай, я не читаю твои мысли. На лице все написано.
Девушка отвернулась от него и открыла мельхиоровую шкатулку, в которой хранились дорогие ее сердцу вещи. В глаза сразу бросилось кольцо, которое она обнаружила возле балкона и она с надеждой подумала, что если вдруг ей удастся его продать, то у нее появится возможность сбежать. Слава вывернула все содержимое шкатулки в сумку и сказала:
- Я готова.
- Отлично. Мне надоело наблюдать как ты копаешься.
Они ехали в машине молча, но все таки решившись, девушка спросила:
- Почему я?
- Сама виновата, - спокойно ответил Никас. - Не нужно было играть с преисподней.
- О чем ты? - Слава напряглась, встревоженно вглядываясь в его безмятежное лицо.
- Ненавижу, когда со мной пытаются играть.
- Я серьезно не понимаю о чем ты!
- Ты со своими друзьями вызвала меня на кладбище. Хотела получить все желаемое? Но разве ты не знала, что с Адом шутки плохи?
- Я никого не вызывала! Я никогда не занималась подобным!
Он вдруг резко наклонился над ней, обволакивая ее своим запахом и прошептал:
- Посмотри мне в глаза... посмотри...
Слава уставилась в его глаза, цвета крепкого вина и вдруг вспомнила! Вспомнила как он появился у нее в спальне, как требовал от нее желание... вот откуда ей казался таким знакомым его аромат!
- Ты действительно не вызывала меня... - прошептал он совсем рядом с ее щекой и девушка почувствовала его горячее дыхание. - Но теперь все равно.
Она резко повернулась к нему и их губы чуть не соприкоснулись. На минуту ей показалось, что он поцелует ее.
Но Никас выпрямился и бесстрастно уставился в окно, словно это не его губы только что чуть не касались ее кожи.
- Мне не все равно, - прошептала она, но он сохранял ледяное молчание.
"Это он потерял кольцо! - вдруг осенило ее. - Как можно быть такой дурой, чтобы поверить в то, что его принесла ворона! Может этот перстень обладает какими-то особенными свойствами? Но она-то этого не знает... Нужно будет получше рассмотреть его позже..."
Автомобиль остановился и посмотрев в окно Слава увидела самолет, возле которого суетились люди, Никас вышел из машины и протянул ей руку, приказав молодому человеку в черном костюме забрать сумку.
Они поднялись по трапу и вошли в салон, освещенный мягким, желтым светом.
- Советую тебе отдохнуть, - сказал Никас и сняв пиджак, бросил его на спинку кресла. - Когда прибудет мой отец, об отдыхе тебе останется только мечтать.
Славу передернуло от его слов и она поглубже вжалась в свое сидение.
* * *
Нимрод наблюдал за девушкой из-под ресниц, отмечая ее страх и напряженно сжатые губы. Попалась росомаха... теперь отец не оставит тебя в покое - думал он. - Слишком хорошо я его знаю... Сколько вас таких, сломленных и раздавленных катком его демонических желаний, стали безумными, выброшенными на обочину жизни... или гниющими на кладбищах...
Ее лицо было бледным, словно обескровленным и он видел голубые жилки, поступающие на висках сквозь прозрачную кожу. Она похудела - это было заметно. Темные круги залегли под глазами и блестящие волосы обрамляли заостренные скулы. Нимрод вдруг представил ее обнаженной, бьющейся под ним, подстегиваемая страстью. Как наливаются краской ее бледные щеки и блестят глаза... как приоткрытые, влажные губы шепчут бессвязные слова, умоляют его о ласках...
- Черт! - выругался он и Слава испуганно взглянула на него, взмахнув длинными ресницами.
- Чего уставилась?! Не смотри на меня!
Она поспешно отвернулась, но облегчения ему это не принесло. Его плоть вздыбилась, требуя продолжения его фантазий и Нимрод горящим взглядом вперился в ее обнаженные колени, скользя выше, под юбку, где в складках материи, пряталось сокровенное место, дарящее наслаждение. Она вдруг резко сдвинула ноги и демон понял, что она заметила его пристальное внимание. Он поднял тяжелый взгляд, переливающийся бархатом и хрипло сказал:
- Если бы ты не принадлежала моему отцу...
- То что? - ее глаза дерзко блеснули. - Что?
- Ты дразнишь меня? - он удивленно приподнял бровь. - Или я чего-то не понимаю?
- Нет, - сказала она, удивленно глянув на него. - Ты мне не интересен.
- Да неужели? - Нимрода эти слова вывели из себя и он вскочил. - И что же тебе не нравится во мне? Или я не достаточно хорош для тебя?
- А чем ты отличаешься от своего отца? - с вызовом спросила она, но в ее глазах плескался страх. - Такой же мерзкий и наглый тип.
Нимрод вдруг оказался возле нее и его красивое лицо приблизилось к ней вплотную.
- Замолчи, или я заставлю пожалеть тебя об этих словах!
- Как? Убьешь меня?
Демон зарычал и впился в ее губы жадным поцелуем, покусывая нежную плоть от нетерпения. Он целовал ее с таким напором, что Славе ничего не оставалось, как ответить на этот порыв таким же страстным поцелуем. Нимрод разорвал на ней блузку и сжал мягкие груди, податливо прильнувшие к его ладоням. Их тепло обожгло его пальцы, он застонал, сжимая еще сильнее и ощущая невероятную шелковистость и нежность бледной кожи. Девушка вскрикнула и демон отпрянул от нее, шокированный своим поступком. Он зло отшвырнул ее от себя и прильнул к иллюминатору, сжав руками его гладкие края.
- Не приближайся ко мне больше никогда! - прорычал он и ударил кулаком по корпусу самолета, оставляя в нем кривые вмятины. - Никогда, слышишь?!
продолжение следует