Не часто мы в своих изысканиях обращаемся к соцреализму, но игнорировать такое культурное явление тоже не можем. Михаил Александрович Шолохов – человек сложной судьбы и не менее сложных политических взглядов в определённый момент жизни нашёл себя, как общепризнанного советского писателя, рассказывающего о смутных временах коллективизации. "Поднятая целина" – одно из его программных произведений, где речь идёт о трудовых буднях молодых коммунистов в период установления советской власти на Дону. Ну и об отношении необразованного населения к этим инициативам.
Если откинуть политический момент, то слог Шолохова отличается простотой и сочностью, и читать это легко даже сейчас. Очень выпукло у него получился комический герой дед Щукарь – старый казак, слабо понимающий происходящее вокруг, но стремящийся быть в центре событий. С Щукарём постоянно происходят какие-то смешные события, да и сам он постоянно мечтает совсем не о том, чего требует ситуация. И здесь вот забавно почитать про его отношения с едой. Самой еды у него не особо много, но мечтает он очень красочно. Почитайте, это интересно. Весьма тонко здесь отражены чаяния простого народа, чуждого сложным общественно-политическим теориям. Аж вареников захотелось.
"Из этакой роскошности меня до вечера и шилом не выковыряешь. Отосплюсь всласть, погрею на солнышке свои древние косточки, а потом - к Дубцову на гости, кашку хлебать. Скажу, что не успел дома позавтракать, и непременнейше меня покормят, уж это я как в воду гляжу! А почему, собственно говоря, в бригаде обязательно должны есть пустую кашу или какую-нибудь паршивую затирку ложками по котлу гонять? Не таковский он парень, этот Дубцов, чтобы на покосе говеть. Такая рябая шельма, небось, и дня без мясца не проживет. Он овцу где-нибудь в чужом гурте украдет, а косарей накормит!.. А неплохо бы к обеду кусок баранинки, этак фунта на четыре, смолотить! Особливо - жареной, с жирком, или, на худой конец, яишни с салом, только вволю... Вареники со сметаной - тоже святая еда, лучше любого причастия, особливо когда их, милушек моих, положат тебе в тарелку побольше, да ишо раз побольше, этак горкой, да опосля нежно потрясут эту тарелку, чтобы сметана до дна прошла, чтобы каждый вареник в ней с ног до головы обвалялся. А ишо милее, когда тебе не в тарелку будут эти варенички класть, а в какую-нибудь глубокую посудину, чтобы было где ложке разгуляться!"
Дед Щукарь никогда не отличался чревоугодием, он просто был голоден. За свою долгую и безрадостную жизнь он редко ел досыта и только во сне объедался разными вкусными, на его взгляд, кушаньями. То снилось ему, будто ест он вареную баранью требушку, то - сворачивает трубкой и, обмакнув в каймак, отправляет в рот огромный ноздреватый блин, то - спеша и обжигаясь, без устали хлебает он наваристую лапшу с гусиными потрохами... Да мало ли что ни снилось ему длинными, как у всякого голодного, ночами, но просыпался он после таких снов неизменно грустным, иногда даже злым, говорил про себя: "Приснится же такая скоромина ни к селу ни к городу! Одна надсмешка, а не жизня: во сне, изволь радоваться, такую лапшу наворачиваешь, что ешь не уешься, а въяве - старуха тюрю тебе под нос сует, будь она трижды, анафема, проклята, эта тюря!"
После таких снов дед Щукарь до завтрака потихоньку облизывал сухие губы, а во время скудного завтрака горестно вздыхал и вяло орудовал щербатой ложкой, рассеянно вылавливая в миске кусочки картофеля.
#еда в литературе