А Олегу не спалось. Тревога, охватившая его после беседы со следователем, не оставляла его. Во-первых, бандиты могут узнать, что он остался жив, ведь они уверены, что свидетелей не остается, потому и не прячут лиц, когда «работают» на трассе. Во-вторых, беспокойство за Ирину, ее «Мазда» слишком приметна: такой марки машины в районе нет, притом она красного цвета... Олег очень старался, когда выбирал подарок жене. Он сразу решил, что машина должна выделяться из всех, что есть в районе, и когда регистрировал ее в ГАИ, узнал, что она действительно одна такая. А теперь это стало причиной волнения и опасений. Андрей, конечно, скоро уедет, там ему будет спокойнее, а вот Ирина... Нужно запретить ей ездить на машине, хотя бы пока. Пока... А насколько это «пока»?
Утром Олег поехал в больницу к Сергееву. Тот уже передвигался с костылем по палате – дальше пока не получалось. Олег не решился говорить с ним о деле в палате, поэтому помог ему выйти в коридор.
- Юра, - начал он, - помнишь, как ты ехал за Ириной, когда я лежал в больнице? За ней тогда увязались какие-то отморозки...
- Помню, Олег Андреевич, я тогда здорово струхнул – их четверо, а я один! Трясся весь, как осиновый лист, но сумели мы все-таки от них оторваться.
- Ты помнишь, как они выглядели и на чем были?
- Конечно, помню – на серой «девятке», а выглядели так, как все братки выглядят: стриженые, в спортивных костюмах. Это только в фильме «Бригада» они все при костюмах и в галстуках. У нас здесь попросту.
- Так вот к тебе может прийти следователь, спрашивать про этих ребят.
- А откуда следователь узнал, что я их видел?
- Он еще не знает, но я должен ему сказать об этом, понимаешь?
- А как Ирина Сергеевна?
- Да все в порядке, расстраивается, что скоро Андрюхе уезжать. Знаешь ведь, как матери ведут себя, когда дети уезжают.
Олег встал.
- В общем, если придут, расскажи все, хорошо?
- Конечно, Олег Андреевич!
- Ну а ты как тут? Мы тогда видели Наташу у тебя – это случайно или как?
Сергеев сдержанно улыбнулся:
- Понимаете, Олег Андреевич, эта девчонка как-то взяла меня, я даже не заметил как.
- Ну, не такая уж она и девчонка, у нее сын есть, ты в курсе?
- Да я все про нее знаю. Знаете, сегодня не приедет, и я уже скучаю.
- Ну вот и хорошо, Юра, бери ее, женись, она будет хорошей женой.
- А я каким мужем буду?
- Каким захочешь, таким и будешь.
Олег помолчал, а потом полушутя проговорил:
- И наши жены будут в безопасности от тебя!
- Я подумаю, Олег Андреевич, - усмехнулся Сергеев.
- Подумай, подумай!
Олег помог Сергееву вернуться в палату и поехал домой.
Андрей еще только встал. Он, потягиваясь, вышел на крыльцо, щурясь от солнца, которое светило ему прямо в лицо. В душе его было так тепло и светло, ну прямо как от этих лучей! Он сразу вспомнил, от чего это – почти полночи гуляли они с Леной по ночному селу, по саду, и ему было так легко с ней, словно они очень давно живут вместе, знают друг друга, как совсем близкие люди. Но тут же пришла мысль, будто туча на солнце: Лена уезжает! Целую неделю он будет без нее! А потом в городе они, конечно, встретятся и уже не будут расставаться. Мысли о Юле уходили все дальше, и только изредка Андрей испытывал что-то похожее на угрызения совести, ведь они не расстались с Юлей, просто она уехала... Правда, она ни разу не позвонила, да и Андрей не решился позвонить – он просто не знал, о чем говорить.
А Наташа порхала, как мотылек. Ее глаза светились от счастья: в последний раз Юра намекнул, что хотел бы есть ее сырники каждый день! Она пообещала, что как только он выпишется, она будет их жарить хоть три раза в день!
- Наташка, чего это ты светишься? – спрашивала Надежда. – И куда это ты через день мотаешься?
Она подмигнула следящим за их разговором дояркам:
- А то мы уже беспокоиться стали, что увезет нашу Наташу какой-нибудь принц на белом коне, а мы и знать не будем!
- Никто меня никуда не увезет, - говорила Наташа, - останусь я здесь. А в следующем году поступать в институт буду, вот!
- Ну вот, нас все меньше остается, все хотят в ученые, в образованные, а кто коров доить будет? – проворчала бригадирша.
- Да погоди ты ворчать, Григорьевна! Еще целый год она будет с нами, а там посмотрим, - сказала Надежда, беря вилы и отходя к кормушкам. – Давайте уже зеленку раздавать!
Все дружно взяли вилы и стали раскладывать в кормушки коровам зеленую массу, только что привезенную с поля.
Наташа решила рассказать обо всем матери, хотя очень боялась этого разговора. К тому же где-то в глубине ее души жил страх: а вдруг ей все показалось? Вдруг Юрий Николаевич, Юра, вовсе не любит ее, а просто ему скучно в больнице, вот он и говорит ей хорошие слова?
Утром она выходила на крыльцо, перед которым рос огромный, почти в два обхвата абрикос, и думала о том, что скоро уйдет из этого дома, представляла, как будет обустраивать квартиру Юры...
- Наташа, ты завтра опять собираешься в район?- в голосе матери звучали недовольные нотки. – Чего это ты зачастила туда? Уже люди говорят, что ты как будто ездишь в больницу к тому инженеру, что дерево на ногу упало. Смотри, закрутит он тебе мозги! Тебе мало одного раза?
Наташа промолчала. А что скажешь матери? Она беспокоится за нее, боится, чтоб снова не обманул кто ее дочку.