Грибы. Ну. Тут хоть роман пиши!.. Да за меня давно написали. Одна из главных страстей, основной мой инстинкт, можно сказать. Самые обычные подберёзовики, подосиновики-красноголовики, маслята, сыроежки, волнушки. Белый гриб - как редкая удача. Сперва тетя Тася меня водила, потом с подружками, с дружками, потом и одна. И посейчас люблю одна по лесу шляться, даром что ориентируюсь в лесу неважно. А ранним утром пойти в дальний лес... Встаёшь в полшестого – сама вспоминаешь, подскакиваешь, или будят, - самый сон, слаще ничего нет. Спать, спааать... Но вот уже рассвет. Солнце стелет полосы по полу - вставай!.. Смотрю в окошко: небо ясное, серьёзных туч нет. Завтракаю, собираюсь. Корзинка, нож - одно время носила у пояса финку в самодельных ножнах: времена были лихие. Платок на голову, куртка, штаны, сапоги. Ну и всё, выхожу. Росы-то, росы!.. В деревне тихо, хотя... Чу! Уже просыпаются - на то она и деревня. Подходишь к перелеску, ныряешь под горку, розовое солнце над головой. Чистое-чистое всё, ясное-ясное... В овраге сощипнёшь на ходу ягодку-другую черёмухи. На лесной дороге солнце блестит в каплях росы. Вот заяц как выскочит из куста, совсем рядом!... Мимо поля, через другую деревню, снова по полям... Слева в овраге родник, но это на обратном пути. Вот луговина на месте сгинувшей деревеньки - Мякишева. Ещё поля, тропа напрямик, еле заметная, но вот поворот. Ещё пройти, снова повернуть, и перед тобой тёмная зубчатая стена ельника. Входи, коль не трусишь! Как в древние царские палаты, как в пещеры, как в лабиринт. Здесь ещё полутемно, тихо и, если честно, страшновато.
И о медведях рассказывали... Но как найдёшь первый белый - обо всём вмиг забудешь! Принимаешься прочёсывать аллею за аллеей (это посадки еловые), корзина тяжелеет. Ходишь, разговариваешь - то с грибами, то с лешим. Потом солнечные лучи начинают пронизывать лес; слышатся ауканья, а то просто - идёшь по аллее и нос к носу сталкиваешься с проклятым конкурентом. О, да это же мой гриб он сорвал! Сворачиваешь, уходишь на дальний край посадок. Да брось, наши грибы от нас никуда не денутся, ну!..
Дача."Дачники-неудачники", - в невесёлую минуту говаривала моя двоюродная бабушка, она же тётя Тася.
Дорога. Прежде всего та, что ведёт от остановки к деревне, на горку. В сушь она пылит глиняной пудрой, в дождь раскисает так, что и в сапогах еле пройдёшь, облепив их наглухо комьями глины. Хорошо, если сапоги в глине не оставишь… Ну, и главная дорога, из города, вдоль которой расположены все деревни: налево (если считать от нашего Галзакова) - Назарово, направо - Гаврилово, Кушляево, Фалелеево. А там и Спас, а потом, далеко, уже Дёмино. Асфальтировали дорогу в моём детстве, до того от Назарова-то она точно была обычная, каменистая, ухабистая. А встанешь на любой пригорок - так везде же дороги разбегаются, по любой пойди - куда-нибудь придёшь. Завтра точно сходим!..
В сухую пору дороги в «большой лес» делались пригодны для езды на велосипеде. Да, приходилось объезжать невысыхающие лужи, да, неровности и ухабы, а в глиняной пыли велик «заносило», да, требовалось усиленно работать педалями – но зато так завораживающе-легко и быстро, на колёсах, словно на крыльях, попадаешь в лесное царство!.. Ездили обыкновенно под вечер, когда спадала жара, стихал ветер (ехать против ветра трудновато), - поесть крупной поздней земляники, рассыпанной в дремучей траве по опушкам. И просто – прокатиться, побывать в другом мире, дорога – поле – лес, лес – поле – дорога…
Ольга Коробкова (с)
