По дороге Авинов заправился в Пскове – пьяненькие солдаты с
аэродрома продали ему целую бочку бензина вместе с тарой. Однако
«ДелонеБельвилль» был настоящим чудовищем – цилиндры под его
капотом походили на ведёрные самовары, выставленные в рядок, – и
топлива он сжирал немерено. Когда до Быхова оставалось буквально два
километра, горючее кончилось, и Кирилл доехал на сжатом воздухе –
запасу его в баллонах хватило до самой тюрьмы.
Было двадцать седьмое, пятница. Усталый, вымотанный, не
выспавшийся Авинов вылез из царского авто и поплёлся на доклад. В этот
момент он не думал ни о борьбе с большевиками, ни о разрыве с Дашей.
Жило в нём одноединственное желание – лечь и уснуть. И видеть сны,
быть может.
Проходя тюремным двором, Кирилл неожиданно углядел Саида.
– Батыр? – подивился он. – А ты почему не со всеми? Я же вас на Дон
отправлял!
– А все и поехали туда! – весело доложил Саид. – А меня сюда
послали, я Бояру винтовки привёз!
– Ну, тогда ладно…
Генералов Авинов обнаружил в саду – заключённые гуляли. Ставка,
несмотря на всю свою показную аполитичность, добиласьтаки
освобождения изпод ареста большинства «узников». К концу октября в
Быхове оставалось лишь пять генералов – Корнилов, Деникин, Лукомский,
Романовский и Марков.
«Верховный» стоял, прислонившись спиною к старой яблоне, и
похлопывал стеком по шинели, словно невидимую пыль выбивал из полы.
Плотный, упитанный Деникин, смущённый, краснеющий поминутно,
шептался о чёмто с Асей Чиж. Как потом оказалось, Антон Иванович
прощался с невестой – Ксения уезжала в Новочеркасск прежде жениха,
вместе с Таисией Владимировной, женой Корнилова.
– Когда всё кончится, – мечтательно говорил генерал, – куплю клочок
земли возле моря, с маленьким садиком и с небольшим полем позади,
чтобы сажать капусту…
– Обязательно купим! – улыбалась Ксения дрожащими губами и
всхлипывала.
Хитроумный Лукомский, молодой, надменный Романовский рассеянно
прохаживались, а нервный, худой Марков вышагивал по кругу и свирепо
свистел, безбожно коверкая арию из «Кармен».
– Ваше высокопревосходительство!.. – чётко, построевому обратился
Кирилл к Верховному.
Маленький, тощий Корнилов тут же отбросил стек и подался к своему
связному. Генералы обступили Лавра Георгиевича с Кириллом
Антоновичем, напоминая любопытных мальчишек, пусть и несколько
постаревших. Корниловец изложил все события в подробностях. По
окончании доклада генералы зашумели, обсуждая создание
большевистского правительства – Совета народных комиссаров.
– Как пала Россия! – насмешничал Марков. – Шпион встал во главе ея!
– Михаил Васильевич, значит, уже в Новочеркасске, – проговорил
Корнилов задумчиво.
– Или подъезжает, – сказал Кирилл.
– Ergo, – легко сказал Марков, – пора нам покидать это милое
местечко!
– У нас всё готово, – вступил Деникин, – и револьверы, и фальшивые
документы. Кстати, разрешите представиться, – сказал он с усмешкой и
слегка поклонился: – Александр Домбровский, помощник начальника 73го
польского перевязочного отряда. Честь имею.
– Ларион Иванов, – оскалился Корнилов, – беженец из Румынии. Но
шутки в сторону. Воззвание к офицерам и солдатам я уже передал
Тимановскому, так что нас более ничто тут не держит, кроме стен.
– Тогда бежим! – воспламенился Авинов. – Я на вокзал, куплю билеты
на всех!