Ещё в юности, то есть до фейкового расстрела и вполне реальной каторги, начинающий петербургский литератор Федор Михайлович Достоевский снимал квартиру с другим начинающим петербургским литератором Дмитрием Васильевичем Григоровичем (просто их судьбы сложились несколько по-разному). Причем они были не просто соседями, молодые люди были близкими товарищами еще и по училищу. Известен случай, что однажды в 1845 году Григорович сказал Достоевскому: «Я — ваш клакёр-шофёр». Что это могло значить? Ведь до изобретения автомобилей оставалось еще целых полвека и никаких шоферов в помине не было. Одни сплошные кучеры. Дело в том, что мать Григоровича, Сидония де Вармон, была французской дворянкой, которая бежала от якобинского террора в Россию. Сына она воспитывала на своем родном галльском наречие, поэтому он и говорил часто на смеси французского с нижегородским. Ну проще ему так было выражать мысли. Впрочем, в тогдашней России это никого не удивляло. Что же хотел сказать Григорович? В переводе
Григорович сказал Достоевскому: «Я — ваш шофёр». Но автомобилей ещё не было. Что он имел в виду?
8 декабря 20218 дек 2021
960
1 мин