– Были. Но забрали у меня ещё в ноябре. – И где эти ключи?– Не знаю. Забрали, и всё.– Кто забрал?– Начальство. Местком.–

– Были. Но забрали у меня ещё в ноябре. – И где эти ключи?
– Не знаю. Забрали, и всё.
– Кто забрал?

– Начальство. Местком.

– Значит, у папы возьмём, – кивнул Зинов. – Но перестрелять с перепугу может.

– Он обязательно проснётся. И потом – сигнализация же! – опомнилась Татьяна Михайловна.

– Сигнализацию уже отключили, – подал голос Пахомов.

– Кузьмин Виталиному бате пива притащил бидон, заодно... отключил. Звонил сюда, перед тем как вы подошли.

– Ой, Дима! Я тебя и не видела.

Дима был сыном проводника, с которым Татьяна Михайловна передавала оказии. Дима Краснобаев, вылитый отец. Татьяна Михайловна занималась с ним, чтобы он смог в девятый пройти.

– Да. Я аквариум в соседней комнате Зойке чистил. Я тихо сюда зашёл, прокрался, – улыбнулся Краснобаев. – Это кофе? Можно кофе?

– Получается целый заговор. Но как так, Дима, Кузьмин отключил? Там каждый вольер тоже под сигнализацией.

– Вы думаете, он просто так всю весну к папе ходил? Кузьмин, дядя Серёга, он тоже за нас. А вольеры ваши – ерундовина, я сам там кусачками перекушу.

– Но сигнал идёт в центр, к норкам, от каждого вольера. Там, наверное, уже знают...

– Да пусть идёт, – сказал Виталик. – Кузьмин в центральном щитке

покопался.

– Мы на ферму зайдём тихо, – сказала Зо. – Ключи возьмём, отпирать станем.

– Я кусачками сигнализацию перекушу, чтобы Кузьмина не подставить. А если вдруг Кузьмин не справился, да и пусть им сигнал идёт. Мы всё равно успеем.

– Да. Верно. Успеете, – согласилась Татьяна Михайловна.

– Пока сторожа прибегут... Главное – ключи не перепутать, какой от какого вольера, – впервые подал голос Бабаец.

– Да. А то двери придётся топором рубить, – сказал Пахомов. – Я топорик беру и ножовку, на всякий пожарный.

– Аккуратней! – предупредила Татьяна Михайловна. – У меня рукавицы специальные, диэлектрические. – У нас у всех резиновая обувь, не видишь, мама?

– Ну даёте, – покачала головой Татьяна Михайловна. – Ну даёте... – И потом решительно продолжила: – Рискните, ребята. Пусть лисы умрут в лесу. Мы не для того их выращивали, чтобы они мучились в ожидании смерти на этой, – Татьяна Михайловна брезгливо поморщилась, – на этой псарне... Даже если Вадим Виталич проснётся, вы ребята сильные... задержите его. – Татьяна Михайловна посмотрела в сторону Виталика. Странно, что родной сын так отца ненавидит, подумала она, но, может, он просто проникся её делом, делом селекции? Наверное, Зо его настроила против отца. Впрочем, это неважно. Ребята правы – надо спасать лис, и немедленно!

– Не проснётся он, не проснётся, Татьяна Михайловна.

– Ну почему, в туалет встанет, знаете, как бывает. Только силой сможете задержать. Просто он вас сдаст, на учёт могут поставить, из комсомола выгонят, Галя!