Десять лет мы всей семьей никуда не выезжали летом дальше дачи свекрови. Работали на ней слаженно и по-честному. Мы с мужем копали, сажали, выращивали, собирали. Дети поливали грядки и плодовые деревья.
При виде меня колорадские жуки старались унести лапы. Гусеницы моментально сворачивались в коконы. Настолько затравленный и отчаянный вид был у меня. Нестерпимо больная свекровь сидела в кресле-качалке и отдавала указания. Так утверждала женщина, на которой пахать было бы одно удовольствие.
После сбора урожая я делала компоты, варенье и разносолы. Супруг активно закатывал банки. Дети помогали тем, что не путались под ногами. Это была привилегия свекрови. Она стояла над душой и возмущалась, какие мы безрукие. При этом сама часто хватала банки и благополучно их разбивала.
Потом она натягивала свои парадные калоши и потрепанную шляпу. Труженица уходила посплетничать к таким же злобным кошелкам, как и она. Краем уха довелось услышать, как свекровь пашет за десятерых. По ее рассказам, я в это время хлещу коньяк и курю сигару. Внуки просят милостыню на паперти. Сын бегает по бабам, а потом они за ним.
При малейшем протесте с нашей стороны свекровь монолитно падала на ближайшую грядку. На нее тут же начинали прыгать колорадские жуки и прочая гадость. Насекомые чувствовали в тетке родственную душу.
Муж сразу начинал прыгать вокруг мамаши с воплями: «Мы слова больше не скажем. Что еще нужно проредить на грядках?». Свекровь моментально переставала умирать и разваливалась в кресле-качалке. Ей нужно было набраться сил, чтобы вечером вылить подружкам очередной ушат грязи на нас.
В этом году я наотрез отказалась ехать батрачить. Пусть в липовом обмороке носом вскопает все грядки. Мне профсоюз дал путевки на курорт, так что дача отменяется. Мы обычно приезжали к тунеядке по четко обозначенным дням. Она внимательно изучала календарь посева и сбора урожая.
Незаметно от мужа я отключила все телефоны в доме. Оставалось идти в магазин и покупать обновки для курорта. В тамбуре муж споткнулся обо что-то и громко выругался. В ответ прошелестело: «Не матерись на моем смертном одре». На половичке уютно валялась свекровь.
Весила тетка центнер и напоминала переевшего колобка. Путь к лифту был отрезан! Разве что переступить через симулянтку. Да не проблема. Я когда-то занималась акробатикой, поэтому в один прыжок преодолела глыбу лицемерия.
Сзади ахнул муж и закричал: «Христа на тебе нет!». Его мамаша достала из сумки пирожок и подтвердила: «У нее вся семья такая. Ленивые и беспощадные». После произнесенного вердикта умирающая тетка начала метать в рот пирожки.
Все, мое терпение лопнуло! Удалось схватить детей и унести ноги с места происходящей трагедии. На курорт мы поехали без главы семьи. Дети с радостными воплями плескались в море. Их мама грела косточки под ласковым солнышком.
На третий день блаженства был совершен очередной рейд на пляж. Я заснула на солнышке, когда кто-то робко присел рядом. На меня смотрел глазами больной собаки муж: «Лёка, она еще участок купила. Спасай!». Пришлось переехать в другой город. Вот уже два года не вижу свекровь, и мы каждый сезон отдыхаем на море.