Сунниваа не могла вымолвить от удивления ни слова. Откуда эта женщина знает ее имя

— В Даране множество всякого сброда, и даже днем там небезопасно, — пояснил Вейт. — Воины из гарнизона тоже нашли бы тебе применение. Разве я не прав, Керим?

Но Керим только проворчал что-то недовольно.

Немного погодя они достигли городских ворот. Вейт придержал коня.

— Я спрошу дорогу и отведу тебя к целительнице, — заявил он и, не дожидаясь ответа, направил коня к часовому.

— Ну, удачи тебе в поисках, Вейт, — крикнул Керим. — Что касается меня, то я голоден и времени охранять молодых девушек у меня нет.

И, не прощаясь, он натянул поводья коня и влетел в приоткрытые ворота.

Глядя ему вслед, Вейт покачал головой. Он медленно направил свое животное к воротам, спешился и обратился к часовому. Ему повезло. Часовой знал Мино-Тей и описал дорогу к ее дому.

Вейт уверенно направлял коня по узким, слабо освещенным улочкам. Когда они добрались до окраины, под ногами лошади змеилась узкая тропа, терявшаяся где-то в темноте леса.

Возле небольшой избушки Вейт наконец остановился.

— Вот мы и на месте, — сказал он и спешился. Потом протянул руку и помог спешиться Сунниваа.

Их появление не осталось незамеченным. Где-то неподалеку залаяла собака, из окон стали выглядывать любопытные.

Внезапно узкая дверь хижины отворилась и оттуда вышла высокая женщина с длинными черными волосами и миндалевидными глазами. Казалось, она была совершенно не удивлена, хотя и разглядывала обоих незнакомцев с нескрываемым интересом.

— Доброго вечера вам, — приветливо сказала она. — Что привело вас сюда?

Сунниваа хотела ответить, но Вейт опередил ее.

— Я — Вейт, капитан гарнизона Нимрода, — сказал он. — Я встретил вашу ученицу по пути в Даран. Она была одна, а уже начинало темнеть. Поэтому я позволил себе проводить ее.

Мино-Тей поглядела на его разорванную тунику и кивнула. Вейт предположил, что она не очень-то поверила в то, что он действительно капитан.

— Это было очень мило с вашей стороны, — сказала она, подошла к Сунниваа и обняла девушку за плечи. — Сунниваа! — удивленно воскликнула она. — А я и не узнала тебя сразу. Дай посмотреть на тебя, дитя мое. Ты и вправду очень изменилась, стала настоящей женщиной.