Звук клавиш печатной машинки связывает нас с нашим прошлым

Звук клавиш печатной машинки связывает нас с нашим прошлым — не просто случайным набором звуков, а картиной, отзвуками нашего прошлого в самих себе. И, соединяясь в жизнь, машинка опять открывает перед нами невидимое — только на этот раз настоящее, а не прошлое, не будущее и не прошлое вобще. Он открывает будущее нам, и от нас зависит, сколько и каких деталей она нам отколет. Я люблю эту фору существования, воторой время проходит сквозь нас и производит на нас впечатление света, направленного на лампы, пока они не гаснут. Для мня эта форма отальгическое воспоминание о голосе прошлого, и потому, даже зная, что я еду в другую страну, я с радостью еду в аэропорт имени Кеннеди, где меня уже ждут, несмотря на то, что слово «Кеннеди» и всякое, что с ним связано, я вспоминаю с мучительным содроганием, когда за стеклом ничего уже не видно, но в воздухе — блеск закатного солнца, перелет в тысячу миль, начло новой жизни. Когда-нибудь я напишу об этом роман, если доживу. Доживешь ли ты? Может быть, это и есть твое последнее прощание с прошлым — холодным и безрадостным. Что бы ни случилось, а каждое утро ты поднимаешься с теплой постели и идешь в уборную, стараясь шуметь погромче, чтобы не слышала мать. Закончив это дело, ты убираешь за собой и готовишь завтрак — тушеное мясо, помидоры, салат из ананасов, яичницу из двух яиц, сваренных вкрутую, зеленый чай, без которого ты не можешь обойтись, потому что у тебя печень, и ты лечишься от ожирения, после чего садишься за компьютер, чтобы поработать часок-другой, заодно почитав или поиграв в какую-нибудь игру, до тех пор пока тебя не позовет мать — когда надо будет встать и идти к ней в больницу, а она будет сидеть в кресле напротив и болтать с толстой соседкой по палате, которая два месяца назад родила в соседнем отделении сына