Затем она с удивлением заметила знакомый фургончик мороженщика с Коммершиал-стрит: он проехал вдоль озера и остановился возле телефонной будки, у тротуара напротив танцевальной студии, где занималась Синди.
Такое совпадение показалось ей почти нелепым. С чего это вдруг его занесло сюда? Может, он следил за ними? Но с какой стати? А вдруг он ждет, когда Синди выйдет после занятий и снова направится к нему через улицу?
Впрочем, нет, это, конечно же, другой фургон. Должно быть, по улицам Эмпории таких колесит целая уйма.
С того места, где лежала Норма, она не могла разглядеть мороженщика в кабине, однако, подумав об этом, вспомнила, что не обратила внимания на его лицо и в первый раз.
Во всяком случае, беда тогда чуть не случилась по ее собственной вине.
Она встала и, охваченная любопытством, направилась к фургону. К нему уже успели сбежаться ребятишки. Мороженщик выглядел лет на шестьдесят, на нем были роговые очки. Норма тотчас мысленно упрекнула себя в том, что вообразила какую-то чушь. Решив, что она покупательница, мороженщик спросил, какой вкус она предпочитает, и, застигнутая врасплох, Норма попросила ванильный рожок. Со словами благодарности он протянул ей мороженое, и она, вдруг представив, как удивится Синди, увидев ее, рассмеялась. С рожком в руках она отошла в сторонку и присела на высокий бордюр, опоясывавший озеро. Она уже сто лет не ела мороженое и почти забыла, как это вкусно.
Насладившись рожком, она выбросила обертку в урну.
И в тот самый миг, когда от сладкого привкуса лакомства у нее на нёбе осталось лишь воспоминание, она снова ощутила, как ее накрывает волна тревоги. Норма закрыла глаза и сделала медленный вдох, силясь ее прогнать.