Солнечные лучи позади жалили спину. Горизонт впереди нервно подрагивал под миражом.
Он брел и брел, и наконец впереди, между бесплодных холмов, показался клочок сухой травы. Остановившись на миг, он продолжил двигаться к нему, а черные точки, которые теперь постоянно висели у него перед глазами, снова замельтешили. Как только он ступил на траву, густую тишину, разлитую вокруг, нарушил шелест и хруст травинок, иногда ломавшихся под ногами. Шагая, он рассматривал растения оазиса: самые крупные походили на огромные луковицы.
Он прилег на невысоком склоне, у подножия которого клочок земли порос сухой травой. Со всех сторон его окружали песчаные возвышенности. Машина осталась среди холмов на северо-востоке, далеко отсюда. Он перевел взгляд с автомобиля на отверстие в песке справа: вокруг него маршировала армия крупных муравьев, то забегая внутрь, то выбираясь наружу. От их быстрого движения песок вокруг дыры постоянно принимал новые формы. Он посмотрел дальше, на жесткую щетку травы и плоскую желтую равнину, и вдруг его обдало волной жара. Всё тело занялось пламенем, так что его опрокинуло навзничь, и он рухнул на спину. Под голову он подложил правую ладонь, а левую руку поднял, чтобы натянуть на лоб кепку. Но тут в нос ударил запах керосина, приставший к коже, и он отвернулся, избегая источника вони. Он уткнулся носом в песок, втягивая воздух у его поверхности — от нее тянуло сушью.
Вернувшись в машину и сев за руль, он остановил усталый взгляд на дюнах — свет, отражавшийся от них, бил в изможденное лицо и ослеплял. Он завел машину и нажал правой ногой на газ, но автомобиль не двинулся — колеса застряли в песке. Убрав ногу, он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, затем снова вдавил педаль — на этот раз машина дрогнула и рванула на юго-восток.