Гайдуки вскинули ружья и, когда король исчез за порогом, дали залп.

Вороны опять сорвались с башни и, недоуменно каркая, куда-то улетели.

Лейб-медик повел Яновского в маленький флигель, тонувший в лопухах.

Впереди у озерца прозвучал выстрел.

- Что это? - вздрогнул Яновский.

- Пугают лягушек, чтобы своим лиходейским кваканьем не мешали спать их

королевской милости, - язвительно сказал медик.

Яновскому казалось, что он бредит. И потому он лишь тогда разглядел

медикуса, когда они очутились в маленькой комнатке флигеля, стены которой

были почти сплошь заставлены полками с книгами, а на одной висел большой

лист пергамента, видимо выдранный из книги "Здоровья путь верный". На

листе был нарисован человек, стоящий спиной к зрителю. Его голое тело

пестрело точками, на которые надо ставить банки.

Медикусу было лет под пятьдесят, был он худой и желтый. Близко