хотя и не знал, зачем старику было клясться, что обязательно поможет,

брать на душу тяжкий грех.

- Что так долго, Денис Аввакумыч?

- Загодя грех замаливал, - сдержанно улыбнулся старик. - Потому что

сейчас поедем с тобой, князь, щупать никонианскую Москву, табачницу,

вавилонскую блудницу.

- Не слишком ли строго?

- Почему строго? Три лестовки [кожаные четки раскольников, вообще

староверов, с кистью кожаных лепестков] перебрал. Поклонов тысячи отбил,

блудница - блудница и есть. Одним табачищем надышишься, как антихрист

Петруха.

Алесю хотелось смеяться. Но он молчал.

..Кликнули Макара. Пока собирались, старик, будто его и не касалось,

сказал Загорскому: