ногу: видишь, след правой ноги больше и глубже, значит, он подвернул левую

ногу. Он пятился к трясине задом. Идем туда, там мы увидим, наверное, и

конец". И действительно, мы увидели и конец. Рыгор посветил факелом туда,

где был обрыв в трясину, и сказал: "Видишь, тут он поскользнулся". Я держал

его за пояс, а он наклонился с этого обрыва и затем позвал меня: "Гляди". И

тут я увидел голову Рамана, которая торчала из коричневой, масляной жижи

прорвы, и скрюченную руку, которой тот успел ухватиться за корневище

какого-то трухлявого дерева. Мы вытащили его с большим трудом, вытащили

мертвого: в этих безднах часто бьют подводные ключи и он просто замерз.

Кроме того, и сердце не выдержало, как говорил потом лекарь. Боже, на его

лице был такой ужас, который нельзя пережить и остаться живым! На руке у

него был какой-то укус, ворот оторван. Мы приторочили труп к седлу и

поехали. И вот не успели мы отъехать и тридцати шагов, как увидели: через

просеку плыли смутные тени коней. Было удивительно, что копыта не стучали. А