За спиной у Яновского запела труба. Трубил разбуженный Михалом "страж".

А церемониймейстер продолжал:

- Сила и мощь, опора бога, владыка кочевных стежек и уздечки, всего же

превыше - шляхтич!

Снова запела труба. У трубача под носом висела большая капля и глаза

были красные, как у кролика.

Не успел он окончить, как в дверях появился человек, который никак не

мог быть владыкой кочевных стежек, потому что носил монашескую рясу. У

человека была непокрытая голова, тройной подбородок и волосатые руки Его

не успели задержать, и он, качаясь на ногах, рявкнул:

- Пугало первое, кувшиноголовое, отрепьеносное, царь белой репы,

больших и малых огурцов, воробьиное посмешище, и превыше всего - дурак.

И с размаха, как дитя, сел задом на пол.

- День добрый!