Они прошли через монастырь. Снаружи продолжал бушевать ливень и вздрагивала от раскатов грома земля. Порывы ветра устраивали во дворе вихри, сквозняки дули в арки, чтобы скользнуть на каменные плиты коридора ледяными призраками. Грейс снова вздрогнула. То ли ветер забрался под ее промокшую одежду, то ли в нее начинал закрадываться страх? Полученный от Бакстера ответ не принес успокоения. «Подкрепление в пути. Прибытие ожидается в течение часа на вертолете». В сильную бурю им ни за что не удастся попасть на остров в такой срок. Пока ей придется действовать в одиночку.
Аббат отпер еще одну стрельчатую дверь. Здесь не было выхода наружу, откуда в эту сырую часть монастыря мог бы попасть холодный воздух. Перед Грейс круглый свет факела выхватывал из темноты колеблющиеся очертания длинного коридора с обшитыми дубом стенами, прорезанными нишами с витражами, в которых стояли статуи с длинными печальными лицами.
Аббат запер за собой дверь на ключ, предварительно убедившись, что никто за ними не идет, и по отполированному за века каменному полу с рисунком шахматной доски двинулся вперед.
Молния на мгновение осветила коридор бледным светом, отбросив тени статуй на стены.
– Что вы можете мне сказать о погибшем? – спросила Грейс, воспользовавшись раскатом грома, чтобы заглушить звук своего голоса.
– Его зовут… звали Антон. Это все, что мы знали и что нам необходимо было знать. Ему было лет двадцать, у нас он прожил около двух с половиной лет. Он помогал нам переписывать манускрипты, чтобы оплатить проживание. Справлялся он с этим очень ловко, но он был не просто работником физического труда. Он интересовался многими вещами, и я часто вел с ним продолжительные и очень содержательные беседы.