Лена вошла к себе в квартиру. Павлика не было дома, наверно опять куда-то смылся, где пропадает непонятно. На балконной веревке что-то болталось, наверно что-то от соседей прилетело. Тряпка какая-то белая. Отодвинула занавеску, открыла балконную дверь и с ужасом обнаружила свадебное платье, которое она подарила Василине.
Платье вдруг слетело с веревки, стало объемным и в нем оказалась девушка. С ее головы свисала фата и некогда белые атласные ленты. Цвет
кожи отливал синевой. Она встала на перила, спиной к улице.
- Лена, как ты могла, - сказала Василина, развела руки в стороны и рухнула спиной вниз.
Лена кинулась к перилам, но внизу никого не было. Наверно что-то с Васькой случилось, надо ей позвонить, решила она. Набрала знакомый номер, но ей никто не отвечал, шли длинные гудки, трубку не брали. Съездить, что ли. Позвонила сыну, попросила зайти к Ваське, навестить. Он что-то пробурчал, типа мне некогда, но все же согласился.
Женщина решила умыться и зашла в ванную. В самой ванной сидела Василина в свадебном платье. Глаза у нее были белые, словно бельмом затянутые. Руки висели плетьми, с них капала кровь, на запястьях красовались свежие порезы. Вдруг она повернула голову в сторону Лены.
- Чего зыришь, глаза пузыришь. Лезь ко мне в ванную, вместе примем. Правда. я воду немного запачкала, - сказала Василина грубым мужским голосом, а затем облизала длинным языком запястье.
Елена закричала и кинулась из ванной, но споткнулась и упала на пол. Поползла по коридору. В ванной послышался шлепок, словно что-то большое и мокрое упало на пол.
- Мама, мама, когда замуж пойдем? - раздался Васькин голос из ванной.
Девушка выползла из помещения и ловко поползла за Леной. Женщина кричала, визжала и пыталась встать, но у нее это плохо получалось. Кто-то позвонил в дверь, и наваждение исчезло. Пришла соседка снизу и стала выговаривать Лене, что у них целый день кто-то бегал по квартире, топал и истерично смеялся.
- Не было дома никого весь день, - злобно ответила Лена, - Голову лечить надо, у вас галлюцинации.
Она громко захлопнула дверь перед носом соседки. Снова принялась названивать Василине, в ее планы не входило, что девушка двинет кони. Однако телефон оказался вне действия сети, куда эта дуреха запропастилась непонятно. Она уже давно находилась под контролем женщины, даже носила ее вещи.
Васька всегда ее раздражала, надменная, ухоженная, ни от кого не зависящая. Она хорошо зарабатывала и с умом тратила свои деньги, не терпела глупых кавалеров, и всем говорила, что замуж она больше не выйдет, а детей вообще не собирается рожать. Все бабы, как бабы, страдали в браке или в разводе, а эта вообще не страдала, тратила на себя денежки и никого не тащила на своих хрупких плечах. Ленку это бесило невероятно.
Когда Василина раздавала помин, и расплакалась, горюя о бабушке, план созрел сам собой. Устала от постоянного недосыпа, а тут появилась возможность пристроить сынульку. Сначала пыталась их свести так, но сын не произвел нужного впечатления на девушку, а потому в ход пошла тяжелая артиллерия. По бабкам, гадалкам, и ведьмам ходить не хотелось, да и денег было жалко. Решила использовать различные средства из сети Интернет, это простор для начинающего практика.
Сначала таскала ей всякие пироги, да заготовки, как это правильно - окормы, да компоты домашние, опои. Василина принимала с благодарностью, Лена готовила отлично. Потом стала дарить всякие подарочки. Однако, был один побочный эффект - Васька глупела на глазах, и стала прикладываться к бутылке. Но все же отказывалась выходить за сыночка.
Навела порчу на красоту, но и это не дало должного результата. Василина подурнела, но на сына смотрела снисходительно. Елена долго искала средство, чтобы окончательно сломить волю девушки и нашла, отдать свою одежду. Она провела над ней обряд, и притащила к Ваське свой старый свитер и брюки. Девушка была пьяна и с удовольствием напялила Ленины шмотки.
Дальше пошло все, как по маслу. Сынок стал частенько задерживаться у Васьки, и поговаривать о свадьбе. Однако, что-то там в ней еще сопротивлялось, и она то забывала паспорт, то опаздывала, то не приходила, когда они собирались в ЗАГС. Лена решилась на отчаянный шаг - подарить свое заговоренное свадебное платье.
Василине оно было велико, тогда она стала прямо на ней ушивать его черными нитками. Шила, пришивала, память уменьшала, заговор шептала. Васька после этого совсем сбрендила, стала таскаться с этим платьем везде, носить свитер и брюки даже в жару. Лену это не смущало, главное довести ее до ЗАГСа, а там хоть трава не расти, а там можно девчонке благоустроенное мест на кладбище устроить.
С такими мыслями Лена направилась на кухню. На люстре на веревке болталась Василина в свадебном платье. Шея была неестественным способом вывернута, язык вывален, глаза вытаращены. Она стла дергать ногами в воздухе. Лена выскочила из квартиры и уселась на ступеньки, ее трясло мелкой дрожью. Попытки дозвониться до Васьки не увенчались успехом.
- Мама, как ты могла, - по подъезду разнесся плаксивый Васькин голос.
- Аааа, - закричала Лена и вернулась в квартиру.
- Мама, ужинать будем?
В коридор вплыла Василина, в руках держала поднос с пульсирующим сердцем.
- Аааа, уйди, уйди, - женщина сползла на пол и закрыла глаза руками.
- А ты чего хотела? Думала, все так просто будет? - зашептала Васька ей в ухо, - С силами рассчиталась? Все на халяву норовишь.
Она приоткрыла немного глаза и увидала волосатые ноги в кедах, словно какое-то животное натянуло их на свои копыта. В замочной скважине заворочили ключом, в коридор зашел Павлик.
- Мама, ты чего тут разлеглась? - спросил он.
- Упала, - тихо прошептала женщина.
Парень поднял ее с пола.
- Ты к Ваське ходил? - спросила она.
- Ходил, не ее дома. Мама, может хватит? Полный дом уже забили всякой дрянью, чего я только ей не приносил. Она и так уже не в себе, мыться перестала, ухаживать за собой. Как я с ней жить буду? То несет всякий восторженный бред, то кидаться с кулаками начинает, то плачем, т смеется, - сказал Павлик.
- Хорошо с ней жить будешь, как сыр в масле. В Москву поедешь, там жить будешь, - деловито ответила женщина.
- Вот сдалась мне твоя Москва, мы с тобой не плохо вдвоем живем, - возмутился парень.
- Квартиру продать можно или сдать, и жить на эти деньги припеваючи, - парировала мать.
- Да не хочу я с этой Василиной жить, - заорал он.
- Ты, что совсем ничего не понимаешь? Не обязательно с ней жить после свадьбы. Она вон пить начала, как в не себя, насыпешь ей чего в бутылку, и все, и ты богатый вдовец, выбирай себе бабу теперь любую. Сейчас ты голодранец с мамкой, а потом богатый жених. Я для тебя же стараюсь, - запричитала женщина, - Неблагодарный.
- Не верещи, понял я тебя. Ваську надо найти, а то не успею на ней жениться, - поморщился Павлик, - Сгинет где-нибудь с алкашами.
- Вот и умница, вот и молодец сыночек, - Лена погладила здорового лба по голове, - Идем ужинать.
Все, что происходило до этого показалось ей страшным сном. Решила, что наверно упала в коридоре, головой ушиблась и такое вот померещилось.
Вечер прошел в обычном режиме, ужин, разговоры, готовка на завтра, просмотр телевизора. Лена собиралась ложиться спать, перед сном решила почитать. Павлик играл на компе в какую-то игруху, он вроде надевал наушники, и все баталии оставались там, но играл он очень эмоционально, с воплями, швырянием мышки и матами. Все это обычно длилось до пяти утра. Лена не высыпалась.
Она задремала над книгой, но ее разбудил очередной вопль сына. Приоткрыв глаза, женщина увидела, как над ним склонилась Василина, и облизывает длинным языком ему макушку.
- Проснулась мама? - повернула она к ней свою голову, - Смотри, какой у тебя замечательный сыночек, жаль если у него вот так, раз и шейка на сторону свернется.
Вася резко развернула голову сына в сторону. Шейные позвонки хрустнули, и голова безвольно повисла.
- Мама, за что ты так со мной, - прошептал Павлик искривленным ртом.
Лена начала кричать, вскочила с кровати и со всего размаха ударила по Василине книжкой. Однако, книга прошла сквозь нее и пришлась по голове Павлику.
- Мам, ты чего с дуба рухнула? - возмутился он, - Сказала бы нормально, я бы комп выключил.
Васька повисла, как обезьяна на шторине. Лена стала в нее швыряться всем, что попадалось под руку, вазочками, статуетками. Девушка поползла по стене, смеясь и показывая длинный язык.
- Поймай меня, если сможешь, - дразнила ее.
Из-под платья показался длинный хвост с небольшими шипами.
- Ах, ты черт безрогий, я сейчас тебе хвост твой укорочу, - женщина ринулась на кухню.
Нашла нож в кухонном ящике и вернулась обратно в комнату. Она носилась по квартире с ножом стараясь ткнуть им в Василину.
Сын тем временем вызывал скорую и полицию.
Васька спрыгнула откуда то со шкафа, задрала подол и оголила свои кривые волосатые ноги в кедах. Лена ткнула ей в плечо ножом.
- Мама, за что? - прошептал Павлуша, оседая на пол.
Васька исчезла и появилась в другом месте.
- Ну, что Ленка, ткни в него еще раз несколько. Мы же с Пашкой договаривались, что когда поженимся, то он тебя отравит, а квартирку себе приберет, - сказала девушка.
- Ты, ты не она, ты демон. Ты все лжешь, - верещала Лена.
- Я пришел за оплатой, - пожала плечами Васька, - Работа сделана, а оплаты нет.
Василина уселась на стол и закинула ногу за ногу, демонстрируя волосатость.
- Что ты с ней сделал, прохвост, - она кинулась снова на девушку с ножом.
Однако, споткнулась об сына и ранила его еще раз.
- Тяжкие телесные, - констатировал бес, - Ну и как тебе? Нравится? Смотри, что могу.
Василина хлопнула по стене и со всех сторон полезли какие-то странные твари, которые стали плакать и звать на разные голоса. Тянули свои лапки и конечности к Лене. Трогали ее и карябали.
- Уйди, - орала она, - Уйди. Ты бесполезная, живешь, как у Христа за пазухой. Зачем тебе все это? Ни детей, ни семьи.
Она махала в воздухе ножом. В дверь позвонили, но Лена не слышала. Василина сморщила личико, и закричала.
- Мама, не надо, нож уберите нож. Мама, не делайте так, тут все в крови. Помогите, она не выпускает нас.
Дверь стали ломать. Лену обезвредили и отправили на освидетельствование, Павлика увезли в больницу. Бес стащил с себя платье и повесил его на вешалку, а затем на люстру. Открыл балкон, чтобы платье колыхалось на сквозняке. Макнул палец в кровавую лужицу на полу и написал на стене: "За все нужно платить".
Он был доволен собой, так быстро справился с заданием.
Пы.сы. Глава получилась страшная.