Одним из самых странных и загадочных народов России являются саамы. Недавно я писал о нивхах, с языком которых столько загадок, что даже найти человека, который понимал бы его устройство – уже большая удача.
Герои нашей сегодняшней статьи, возможно, кажутся попроще, но лишь на первый взгляд. Речь о саамах. С виду можно сказать, что оленеводы оленеводами, каких на севере Евразии всегда хватало.
В настоящее время они считаются малым народом, живущим на территории России, Финляндии, Швеции и Норвегии. И во всех 4-х государствах их не насчитывается и 100 тыс. человек, а конкретно в России их и двух тысяч не наберется.
Большинство столь малых народов обычно растворяются в соседях если не полностью, то, хотя бы, культурно. Но к саамам это не относится. Более того, они сохранили такие реликты, что остается только удивляться.
Происхождение саамов по сей день является предметом споров. В целом большинство учёных относят их, к финно-угорским народам.
Однако их язык содержит в себе и какой-то загадочный пласт, соответствия которому нет ни у других финно-угров, ни у индоевропейских народов, ни вообще нигде.
Отдельные лингвисты считают, что некоторые соответствия можно обнаружить в языке басков, но большинство с этим не согласилось.
Предполагали, что это язык пиктов, населявших британские острова еще до того как они были вытеснены кельтами и германцами, но достаточных доказательств найдено не было.
Пытались найти соответствия с языками предполагаемой сино-кавказской языковой группы, в которую один из главных апологетов сино-кавказской теории (С. Старостин) включал языки народов Северного Кавказа, урартский, баскский, языки некоторых североамериканских индейцев и некоторые другие.
Обратились к самому Старостину, однако даже он, ознакомившись с этим загадочным пластом, был вынужден признать, что, как ни крути, но соответствий не обнаруживается, и эта часть саамского языка вообще ни на что не похожа.
Изучение этого пласта обнаружило, что понятия, которые он объединяет, относятся к числу наиболее архаичных, типа «рука», «нога» и пр, но среди них нет сложных, характерных для более-менее социально развитых сообществ.
Из этого был сделан вывод, что далекие предки саамов жили на севере Евразии и говорили на каком-то невероятно древнем палеоевропейском языке, который зародился, вероятно, еще в каменном веке.
Возможно, он был основным языком палеолитической Европы, проще говоря, был языком первобытного европейца.
Позже носители этого языка были поглощены носителями более современных языков, среди которых были и финно-угры. Однако поглощение было неполным, и часть древнейшей лексики сохранилась.
Кстати, есть предположение, что близкими родственниками или, возможно, даже предками саамов являлась упоминаемая в летописях псковская чудь.
К сожалению, летописцы не были склонны вдаваться в происхождение и языковую принадлежность того или иного народа, поэтому точного представления о том, кем же была псковская чудь, не имеется.
Есть версия и о том, что легенда об ушедшей под землю «Чуди белоглазой» – это обретший мифологическую форму рассказ о вытеснении коренного населения финно-уграми и индоевропейцами.
Кстати о «Белоглазой чуди». Описывавшие саамов путешественники всегда отмечали следующие черты: небольшой рост, крепкое поджарое телосложение, резвость, выносливость, крупные головы, несколько уплощенное лицо и, что самое интересное, большие голубые глаза при темных волосах.
Сами саамы долгое время существовали под самыми разными названиями, что изрядно путает исследователей. То они были лопью, то чудью, но лопарями все же чаще. Отсюда и пошло название земель, по которыми кочевали саамы – «Лапландия».
Однако самоназванием было «саамы», «самь» и т. п. Какого-то одного общего для всех самоназвания не имелось, поскольку саамский язык имеет несколько диалектов.
Со временем самоназвание стало вытеснять экзоэтнонимы типа «лопь» и стало официальным именем народа.
Всю свою историю часть саамов постепенно поглощалась соседними народами, и их численность плавно сокращалась. Однако происходило это не так быстро, как можно было бы ожидать.
Это стало возможным в основном благодаря тому, что земли саамов довольно суровы, а промысел – весьма архаичный. Поэтому и смешение шло не так активно как у оседлых земледельческих народов.
Вероятно, наибольший перелом случился после Октябрьской революции, наслоившейся еще и на общемировые процессы, когда глобализация и технические новшества стали стремительно вторгаться в жизнь людей.
Почти везде, где жили саамы, им пришлось приспосабливаться к новому образу жизни. Так у нас они стали переходить в колхозы, отказываясь от традиционного образа жизни.
Однако коммунизм ушел, а страсть к саамским традициям сохранилась. Сейчас саамы предпринимают усилия к тому, чтобы вернуть дедовские обычаи, пусть даже с поправками на современность.
Частично этим продиктован и все возрастающий интерес саамов к своей исконной религии, в основе которой лежал шаманизм.
Для нее было характерно почитание духов природы и промыслов, которыми занимались саамы, а также нескольких великих богов, в облике которых легко угадывается прототип, на основе которого сформировались некоторые хорошо известные персонажи скандинавской мифологии.
В целом же шаманизм саамов был очень похож на шаманизм прочих народов Северной Азии, с тем разве что отличием, что культ предков у саамов был выражен ярче.
Примерно пять веков назад их стали обращать в лютеранство и православие, однако процесс шел туго и даже в начале ХХ века многие саамы оставались шаманистами. В настоящее время больше всего среди них лютеран.
Отчасти медленное распространение христианства среди саамов объясняется национальным характером. Саамы известны своей недоверчивостью, замкнутостью и умом.
Им свойственны выраженная честность и гостеприимство, но при этом о собственных интересах они не забывают. Поэтому их нередко даже называли жадными и эгоистичными.
Разумеется, среди таких людей, проповедь с обещаниями сладкой жизни «там», сопровождающаяся просьбами отдавать часть имущества «здесь» была сложной.
Лентяев и паразитов саамы не терпели, и сам их образ жизни не давал возможности подолгу бездельничать.
Основными их занятиями издревле были охота, рыбная ловля и собирательство, с преобладанием первого и второго. Позднее саамы освоили и оленеводство.
Во многом из-за этого саамы разделились на разные группы: одни делали ставку на ловлю рыбы, другие – на пушной промысел, а третьи – на оленеводство, в зависимости от того, чему в большей степени способствовала местность, в которой жила конкретная группа.
Соответственно и хозяйство было тесно связано с этими промыслами. Так большая часть еды делается либо из рыбы, либо из оленины.
Причем саамы умудрились готовить блюда практически из любой части тела оленя, оставляя лишь легкие и голову, которые скармливали собакам.
Правда, предполагается, что голова и легкие раньше шли в жертву, а с распространением православия и лютеранства жертвы приносить перестали, но и есть эти части оленьей туши не начали, отдавая их весьма уважаемым в саамской среде собакам.
Очень популярно оленье молоко, которое потребляется как в свежем виде, так и в виде различных продуктов.
Сейчас наиболее крупная саамская община проживает в Финляндии, где о них заботятся всеми мыслимыми способами и оказывают государственную поддержку.
В этой стране они признаны древнейшими жителями страны, им была предоставлена культурная автономия, а их традиции защищает закон.
Однако наибольшие надежды на сохранение саамских традиций подают не государственные инициативы, которые лишь замедляют процесс ассимиляции, а природа Лапландии.
Именно она способствует развитию традиционных промыслов, без которых, давайте признаемся, не сможет выжить никакая традиция. У саамов с природой полный порядок. Значит, есть надежда, что их древнейшие обычаи уцелеют, и может даже обретут новую жизнь!