Офицер резко дал команду, и к ним бросились солдаты. Авардана грубо оттащили в сторону, секретарь остался безмолвно лежать на сиденье. Из угла рта у него сочилась кровь. Разбитая щека Авардана тоже кровоточила. Археолог поправил волосы, после чего твёрдо произнес: — Я обвиняю этого человека в заговоре с целью свержения правительства Империи. Я должен немедленно поговорить со старшим офицером. — Я доложу ему, — вежливо сказал офицер. — Предлагаю всем вам следовать за мной. И на несколько часов всё замерло. Шекта, Полу, Авардана и Шварца поместили в отдельную и довольно чистую комнату. Впервые за двенадцать часов они смогли поесть. И всё же комнату охраняли, и с течением времени Авардан начал терять терпение и воскликнул: — Мы же просто сменили тюрьму! Серая армейская жизнь текла своим чередом. О них, казалось, забыли. Шварц уснул, да и у Авардана глаза слипались. Шект время от времени тряс головой, чтобы не уснуть. — Осталось всего девять часов. — Я знаю, но нужно ждать. — Кто из вас ут