с каким вожделением Тьма сжимается вокруг алтаря и с довольным урчанием слизывает один слой защиты за другим. - Нич! Вернись, старый пердун, я должен задать тебе пару важных вопросов! Сумеешь ответить - так и быть: упокою на веки вечные! А если нет... имей в виду: прокляну! Да так, что тебя и в посмертии будут мучить недельные запоры! Тьма сгустилась еще сильнее, постепенно расползаясь все дальше и все охотнее скручиваясь вокруг меня в тугой водоворот. Пока еще ленивая, сонная, но с каждым мгновением все больше входящая во вкус и все настойчивее пробующая пробиться сквозь мои щиты. - Нич! - нетерпеливо крикнул я, подметив краем глаза, как одна за другой стремительно гаснут мои руны. Страшиться тут, конечно, нечего - в конце концов, мой черед должен был наступить гораздо раньше. Да и не пугала меня смерть. Ни тогда, ни, тем более, теперь. Просто было бы обидно потратить так много усилий и получить за них шиш без масла. Поэтому я не отступил, а, наоборот, хищно оскалился и с вызовом подался навстречу надвигающемуся мраку. - У тебя последняя попытка, Нич! Второго шанса не будет! Точно прокляну! На этот раз - навечно! Однако мне снова никто не ответил. Не возмутился моей наглостью, не пообещал отомстить. Да и книга под онемевшими пальцами не шелохнулась. И это было плохим знаком. В то время как Тьма отвоевала для себя еще один кусочек пространства и неумолимо потекла дальше, все быстрее уничтожая заметно поблекший охранный круг. Сколько от него осталось? Две трети? Половина? Нет, уже меньше... а резервов вообще - на донышке: Тьма за считанные минуты сожрала почти все, что я сумел собрать - алтарь, который вот-вот рассыплется прахом; два накопительных амулета, уже успевшие превратиться в бесполезный хлам, мои запасы, добытые с таким трудом... и теперь выжигала саму Печать, торопясь поскорее добраться до живого нутра. Демон! Неужели я все-таки ошибся в расчетах?! У меня впервые за ночь нервно дернулась щека. - Мастер Твишоп? Тьма злорадно хихикнула и придвинулась еще на шажок, но, кроме нее, больше никто не отозвался. А у меня всего минуты две осталось в запасе, прежде чем изменения в защите и в даре станут необратимыми. - Мастер Люборас Твишоп! Мой голос снова охрип и опустился до вынужденного шепота - мороз пробрался уже до костей, грозя вот-вот заморозить насмерть. Кожа посинела, мышцы свело от холода, губы дрожали и едва могли шевелиться. В животе сплошным куском льда свернулись внутренности... Но я все еще чего-то ждал. Все еще надеялся и отчаянно не хотел отступать. - Мастер! - сипло каркнул я, с трудом выталкивая звуки из замерзшего горла. - Эй, меня кто-нибудь слышит?! Полторы минуты. - Учитель... - и тут связки перехватило болезненным спазмом. В груди опасно похолодело, ледяным обручем сжимая сердце. Затем тревожно екнуло что-то в душе от мысли, что старый архимаг, возможно, уже обрел покой и может не захотеть вернуться. А мгновение спустя я почувствовал, как что-то острое на пробу царапнуло по окровавленному запястью, и прикусил губу. - Нич! Печать внезапно вспыхнула обжигающей болью, заставив меня скрипнуть зубами и упрямо набычиться. Одна минута. - Д-друг мой... - мне потребовалось немало времени, чтобы судорожным толчком вытолкнуть из себя эти два коротких слова. И почти все силы, чтобы разомкнуть обледеневшие губы и беззвучно прошептать: - Ты нужен... мне... прошу тебя: вернись... После чего обреченно закрыл глаза и с горечью признал, что я все-таки переоценил себя. Мысленно взвыл, с яростью ища ошибку в своих рассуждениях. Но затем понял, что теперь это не имеет никакого смысла. С хрустом сжал окровавленные пальцы на покрытой толстым слоем инея книге и, выждав последние несколько секунд, за время которых Тьма почти успела сомкнуться над моей головой, мысленно произнес словодеактиватор. * * * Когда я пришел в себя, в лесу еще было темно. Все так же не пели птицы, неприятно холодила спину промерзшая на локоть в глубину земля и угрюмо молчал опустевший лес, на кронах которого еще не успели растаять кроваво-красные снежинки... Стоп. А почему они красные? Понятия не имею. Возможно, я просто смотрю на мир сквозь алую пелену застывших на ресницах слез? Да, наверное... похоже, поранился, когда неосмотрительно таращился во Тьму и нагло требовал у нее ответа. А Тьма - дама мстительная. Злопамятная. И она всегда голодна. Если не сожрет, так хоть укусит напоследок. Вон, как запястье саднит - небось, немалый кусок оттуда отхряпала. Не испытывая ни малейшего желания выяснять, в чем дело, я бездумно уставился на далекое небо. Шевелиться не хотелось, во всем теле была такая слабость, что подняться на ноги или хотя бы сесть, я просто не мог. Все же кровопотеря оказалась значительной, да и оба дара я сегодня истощил до предела. Вылечиться, соответственно, был не способен. Связь с зомби и умсаками тоже потерял. Нича не воскресил. Следовательно, помочь мне было некому. Оставалось только смирно лежать на холодной земле, терпеливо ожидая, пока к телу вернется способность двигаться, после чего со стоном подниматься, тащиться через все баронство на какойто хромой кляче... ах нет - взятая в деревне лошадка наверняка сдохла, не выдержав общения с Тьмой... то есть, тащиться в замок придется пешком. Одному. Надеясь, что по дороге меня не задерет какая-нибудь приблудившаяся тварь.