Есть ли «лишнее» в образовании?

С начала XIX века критики, реформаторы и правительства постоянно заявляют, что исследования, проводимые в университетах, бесполезны. Кроме того, многое в обучении является ненужным. Поэтому надо заставить университеты удовлетворять конкретные потребности государства и сделать обучение более практичным[1].

Возникает вопрос: почему же проблема не решается на протяжении более чем двух веков? Теперь уже ясно, что важнейшим результатом образования оказывается определенное состояние души и мышления. В то же время предметы, вводимые для конкретно-практических целей, переживают эти цели и закрепляются в качестве самостоятельных академических дисциплин.

Изучение самых разнообразных материалов может способствовать развитию аналитических способностей и проницательности. Эта закономерность высвечивает одно из ключевых отличий университетов и, вероятно, наиболее продвинутых бизнес-школ, которые можно назвать Образовательными учреждениями, от внешне похожих организаций, таких как обучающие подразделения коммерческих компаний или учебно-тренинговые центры крупных корпораций, которые можно назвать Обучающими . Учреждения последнего типа занимаются обучением со строго практическими целями. И если обучение этим целям не соответствует, то они немедленно прекращают его.

Образование и профессиональная подготовка – разные вещи. Профессиональная подготовка может заполнить разрыв между образованием и получением профессии, востребованной на рынке труда.

Современный университет должен обладать как минимум четырьмя характеристиками: 1) обеспечивать высшее образование, не ограниченное просто профессиональным обучением; 2) развивать некие формы исследования, характер которых не полностью диктуется потребностью решать практические задачи; 3) осуществлять такие действия в определенном секторе дисциплин; 4) пользоваться определенной степенью автономии, по крайней мере в том, что касается интеллектуальной деятельности[2].

Очень важной компетенцией «идеального» выпускника» должны стать способность и мотивация к генерированию нового знания. Данная компетенция универсальна, и человек, ею обладающий, может менять область деятельности, не снижая результативности[3]. Эффективное развитие этой компетенции является ключевым признаком элитного университета. Реально ее формируют лишь немногие университеты.

Впрочем, это важно не только для ученых. Создание нового знания во всех областях деятельности есть основа прогресса общества. Несколько идей, относящихся к сфере бизнеса, преобразовали мир не менее существенно, чем открытия в естествознании. Это означает, что университеты, относящиеся к группе элитных, должны пересмотреть акценты в образовании. Функции университета эволюционируют от трансляции знаний к формированию навыков генерирования знаний.

С этой точки зрения несколько по-иному смотрятся предложения университетам устанавливать более тесные связи с деловыми компаниями, прежде всего для того, чтобы понимать, какие специалисты нужны практике. Вообще-то это разумно. Но веровать, что практики подскажут, как формировать учебный план, абсурдно. Практика неизбежно ориентирована на сиюминутные нужды организаций, а университетское образование закладывает основы карьеры человека с горизонтом в 30–40 лет.

Как отмечалось выше, избыточная прагматизация университетского образования может облегчить выпускнику первоначальное трудоустройство, но затруднить дальнейшее развитие карьеры. Например, говорят: а зачем запоминать, если можно посмотреть в интернете? Но многое помнить надо, потому что накопленное знание участвует в формировании нового знания. Без него не на что будет опираться в логических построениях. Как и о чем можно рассуждать, если нет опорных точек? Работа мозга малопонятна, но, по всей видимости, обширные знания способны стимулировать нахождение самых разнообразных закономерностей и связей.

М. Гладуэлл в книге «Гении и аутсайдеры» указывает на многочисленные исследования, выявившие, что для освоения специальности на уровне профессионала международного уровня требуется не менее 10 тыс. часов (например, 20 часов в неделю на протяжении 10 лет)[4]. Объектами исследований становились специалисты самых разнообразных областей (композиторы, писатели, пианисты, шахматисты, преступники и т. д.), но никто не достиг высочайшего уровня мастерства за меньшее время. Возможно, для достижения необходимой компетенции полезно фокусироваться на четко очерченной информации.

Однако возникает эффект тоннеля: став специалистом, человек оказывается в плену зауженного кругозора. Он может что-то понять, сделать и даже улучшить. Но ему сложно придумать что-то новое. Инновации возникают из взаимодействия совсем разных элементов. После 10 тыс. часов, затраченных на освоение профессии, мастеру своего дела для инноваций нужна информация из смежных областей. Это даст те самые новые подходы, которые позволят по-другому использовать привычные идеи и инструменты.