Вот еще одна деревушка в шесть домов, оставленная жителями навсегда, отрезанная от цивилизации дорогой в 4 км по серпантину.
Но так было не всегда. Еще с 1500 года итальянскую деревушку заселяли пастухи, шахтеры, лесорубы. Они выживали в суровых условиях и укрощали природу. В общем, жили…жили до середины 20 века, а потом стали уходить в другие города и страны. Не все, конечно. Осталась семья пастухов. Семья Ванды. Они разводили кроликов и поросят для продажи, овец, чтобы продавать шерсть и обеспечить себя одеждой, коров и куриц, чтобы прокормиться, ослов, чтобы помогать себе с перевозками продуктов, которые закупали в городских центрах. Дороги не было и не было электричества до 2005 года. Вода — из колодца и родника.
Но сегодня история не про деревню, а про ее последнюю жительницу — Ванду. Женщину с волосами, заколотыми в строгий пучок, с шалью на плечах и грустным взглядом в сторону. Про женщину, которая решилась не покидать свой дом, почти до самого конца. Про женщину, которая проводила всех своих соседей и осталась в деревне вместе с пожилой матерью. А затем прожила еще несколько лет в полном одиночестве без всяких удобств и коммуникаций, пока правительство не выделило ей квартиру в близлежащем городе и, практически, заставило покинуть родные стены.
Мэр ближайшего города приезжал сюда несколько раз в год и уговаривал женщин покинуть деревенский дом, просил переехать, обещал выделить жилье. Они не соглашались. Не соглашались, пока в 2014 году не умерла мама Ванды в возрасте 88 лет. Тогда, оставшись совсем одна среди руин, она собирала самые дорогие сердцу вещи, закрыла дом на цепь и приняла предложение мэра.
Была ли она счастлива там, среди тишины или сейчас в большом городе?
«Конечно же — там! Не было одиночества. Были животные, за которыми надо было ухаживать. Были люди, которые занимались трекингом и очень часто останавливались поговорить, удивляясь, когда натыкались на заброшенные здания и мой единственный дом, в котором всегда дымила труба от печки. Были дела, ради которых приходилось даже не спать по ночам. Было сложно, но это давало стимул встречать каждый новый день с улыбкой. А сейчас, несмотря на то, что я окружена людьми и удобствами, бывает не с кем поговорить. Именно тут, я понимаю, что такое одиночество. Вон, умрет сосед сверху, а ты об этом можешь и не узнать», — рассказывает Ванда.
На вопрос о том, почему же она никогда не завела свою семью, Ванда вздыхает и рассказывает грустную историю о том, как погиб ее любимый под трактором. Несчастный случай, который поделил ее жизнь на «до и после».
На вопрос, который мы задаем себе, когда видим, что дома покидают словно в спешке, оставляя даже самое дорогое, Ванда пожимает плечами и объясняет, что это просто некуда уносить. В ее доме было 8 комнат, а в квартире, которое выдало правительство — одна. Да и дорогих вещей никто не мог себе позволить. Одежду шили сами, мебель делали сами. Оставлять жалко, да, и взять с собой невозможно.
Давать вторую жизнь домам — дорого, да и кто в здравом уме, согласится на такую жизнь сейчас?
Никто, никто больше не вернется сюда. Никто не решится прожить в этих условиях. Никто не разожжёт печь и не подкинет туда дров.
После 5 веков своего существования деревня медленно превратится в руины. И возможно, через несколько лет о ней никто не вспомнит.
------------------------
Подписывайтесь на канал , вас ждёт много интересного!
Для связи со мной: инстаграм @urbex_terapia ссылка .
Или email: alternative-italy@yandex.ru
Фотографии и тексты являются моей интеллектуальной собственностью и не могут быть использованы без разрешения