И тут Ленька начал понимать, что свершилось невероятное. Кто-то, живущий на дне, поймал его. Сначала он попался на прикорм в виде червонца и полтинника, а потом, потеряв бдительность, схватил наживку. Не понял он там на дне, кто был этот рыболов, но то, что все было сделано грамотно и технично, отрицать было нельзя.
Но ведь не это главное. Надо как-то спасаться. Они привязали Леньку на кукан, чтобы он в воде не испортился, но когда они закончат рыбачить, заберут его с собой, и тогда уже конец не минуем. Его передернуло от мысли, что будут потрошить. А что если живого? Ведь бывало, когда и Ленька чистил еще живую рыбу. Или засолят?
Что же делать? Тросик металлический, перепилить его нечем. Зацеплен он так, что нижняя челюсть внутри петли. Даже если порвать губу, спастись не удастся. Может быть, потянуть тросик и вырвать крепление на дне? Если бы знать, что те рыбаки уплыли на другое место. А если они рядом, то будет только хуже.
Хоть бы кто-то случайно шел по берегу. А что толку? Чем он поможет? Намотать бы этот тросик вокруг дерева, с перехлестом, но эти варвары видать опытные и тросик до предела короткий.
Ход мыслей прервался. Леньку сильно и быстро потащили в воду.
– Хана, - успел подумать он и снова потерял сознание. Очнулся он от того, что рядом кто-то спорил. В мутной воде он с трудом разглядел силуэты рыб, но голоса слышал отчетливо. - А ведь считается, что рыбы не говорят, - удивился Ленька.
- Да он это, я точно помню. Пару лет назад мы отдыхали на меляке после нереста, а тут один молодой наглец начал ко мне приставать. А чего лезть? Икру я уже сбросила, самое время отдохнуть, а потом перекусить. А этот лезет и лезет. Я не выдержала и рванула сквозь камыш. Ведь знала, что там сети стоят, но из-за этого урода по самые жабры и влетела.
- А как ты узнала, что это тот мужик?
- Да слушай же. Мы даже браконьера того знали, как облупленного. Он по утрам плавал, сети осматривал. Всю ночь я из сети вылезти пыталась. Не билась, чтобы не запутаться, а пыталась продвинуться все дальше, чтобы сквозь ячею пролезть. Но к утру не успевала. За анальный плавник зацепилась, хоть что хочешь делай. А он вот-вот уже появится. И тут смотрю, на резиновой лодке этот со спиннингом плавает. Не знакомый. А что делать? Кто не рискует, тот плотву не хавает. Начала я плескаться. Минут через пять заинтересовался. Плывет. А у меня один шанс из тысячи. Во мне уж килограмма три тогда было. Таких они отродясь не отпускают. А этот подплыл и смотрит. Ничего не делает. Но и не хватает меня, чтобы в рюкзак засунуть. Правильный. Понравился он мне. Отплыл в сторону и блесной кидается. А солнышко уже наверх подымается. Опять начинаю я мужика подзывать. Из последних сил хвостом колочу. Смотрю, не выдержал – плывет. Ой, что будет? Подплыл он, одной рукой, сетку с моего плавника стаскивает. Стою, ни жива, ни мертва, пошевелиться боюсь. Но если бы он меня забрать хотел, двумя руками зажал бы. И тут чувствую, проскочила я сквозь сетку. А он сидит, смотрит. И такие у него глаза добрые, что я прямо растрогалась. Но посмотрели мы друг на друга на прощание и расстались, как я думала навсегда. Да вот встретились.
- Неужели тот самый?
- Да говорю же он. Надо отпустить. Все равно он один сегодня. Нет рыбаков. Сидит один на яме, но не клюет. Я и на сотенные пробовала, и на водку, и на пиво. То ли дурак, то ли больной. Давай и этого отпустим.
- Но ведь говорят, что «поймал-отпусти» - это не правильно. И губы у него проколоты и нервный стресс перенес. Отпустим его, а он через день-два дома помрет?
- А я почему-то верю, что выживет. Зачем он вам один? Завтра много наловим. Так и быть, на хорошее место вас свожу.
И тут опять Леньку кто-то за тросик подтягивает.
- А на сколько он потянет?
- Килограммов 70, не больше. На моем месте крупнее будут.
- Ну, ладно, только смотри не обмани. Во сколько завтра собираемся?
- На зорьке.
- А на что ловить будем? На бабки или на водку?
- Так и быть, выдам секрет. Сейчас все продвинутые на резину ловят.
- Как это?
- Бабу резиновую надувают и пускают по течению. Джиг называется.
- Почему джиг?
- На бабу чаще всего джигиты клюют.
И тут уже практически захлебнувшегося Леньку подтолкнули вверх и он оказался на поверхности. Минуты две он плавал вверх животом, а затем, дернулся, перевернулся на живот и поплыл к берегу.
Проснулся Ленька уже в сумерках. Лежал он дома на диване. Вставать было страшно. Пережитый кошмар не отпускал его всю ночь.
Вечером 25-го все родственники собравшиеся за большим столом с интересом рассматривали залепленные пластырем Ленькины губы и забинтованную кисть. А он молчал и пил водку через трубочку. Напился быстрее тестя и два дня проспал на веранде. И никто кроме него так и не узнал, что в стакане была чистая вода.
Сейчас уже губы зажили, но шрамы остались. Ленька всем говорит, что по
пьяни собака покусала. Потому и завязал. На рыбалку пока не ходит. Вроде бы и хочется, но организм наотрез отказывается.