Глава 3 дядя вася

Утром вдруг выяснилось, что весь хлеб и печенье съели мыши. Не удивляйтесь: в старинных домах это иногда случается, особенно на первых этажах. Родителям пришлось пить пустой чай с вареньем. Бабушка хотела испечь блины, но муки почти не осталось. «Эх, жаль, нет Бариюса», — подумала она.

Когда мама с папой ушли на работу, бабушка быстро оделась и побежала в магазин. Во дворе она увидела милицейскую машину. Из нее вышли два милиционера и грубо подхватили мирно дремавшего на лавке мужчину.

— За что вы его? — подбежала бабушка.

— За нарушение общественного порядка!

Бабушка пожала плечами.

— Он ничего не нарушал. Я видела, он просто спал. Может быть, теперь и у себя дома тоже спать нельзя?

— Хорошо, поедемте с нами, будете свидетелем.

— Но у меня дома внучка одна!

Милиционеры сурово посмотрели на бабушку.

— Тогда идите к внучке и не мешайте арестовывать преступника! Бабушка не могла просто так бросить нуждавшегося в помощи человека. Ни секунды не сомневаясь, она села в машину.

Когда пришел Саша, Бариюс уже был дома.

— А где бабушка?

— Не знаю, наверное, пошла в магазин за хлебом! — Леночка показала на почти пустой бумажный пакет. — Будь муки побольше, тогда бы она сделала блинчики.

Бариюс вытащил «множитель», и пакет мгновенно наполнился мукой.

— Меня бы могли дождаться! Кстати, а что такое блинчики?

Леночка попробовала объяснить, но Бариюс ничего не понял, кроме того, как это вкусно.

— А давайте сами сделаем блинчики, — предложила Леночка. — Бабушка при мне много раз их делала. Ничего сложного!

Леночка решительно направилась на кухню. В большую миску она налила горячей воды из-под крана, туда же насыпала размноженную Бариюсом муку.

— Комочков быть не должно, — советовал Саша.

— Знаю…

Но комочки почему-то не растворялись. Даже Бариюс, вращая ложку со скоростью миксера, ничего не мог сделать.

— Это тесто не для блинов, а для пирожков, — вспомнила Леночка. — Давайте лучше приготовим пирожки.

Тесто густо просыпали дрожжами, кое-как вместе нарубили капусту. Леночка принесла из шкафа свое пальто, старательно укутала им кастрюлю.

Минут через пять Саша заглянул через рукав под крышку.

— Не поднимается!

Прошло полчаса, но тесто все равно не поднималось. Ужасно хотелось есть, поэтому пирожками решили заняться после завтрака, а на сам завтрак все-таки испечь блинчики. Снова замесили тесто, снова Бариюс с огромной скоростью крутил ложкой и снова ничего не получилось. Каким-то образом миска опрокинулась на Леночку. Все то, что удалось отлепить с ее волос и платья, положили на сковородку, но теперь эта масса почему-то прочно прилипла к поверхности и стала подгорать. Даже налитое сверху подсолнечное масло не помогало! Саша решил перевернуть сковородку и вытрясти из нее блин, но забыл, какой горячей бывает ручка, если брать ее голой рукой… Под Сашины крики сковородка улетела куда-то за плиту, блин покатился по полу. Бариюс поймал его и откусил маленький кусочек…

— Не пойму, но чего-то не хватает, может быть, горчицы?

Саша обреченно махнул обожженной рукой.

— Первый блин всегда получается комом!

И тут вернулась бабушка. Она довольно спокойно отреагировала на разгромленную, засыпанную мукой кухню. Особенно ей понравилась Леночка.

— На обед будет не рыба в тесте, а Леночка в тесте, — пошутила она.

В коридоре кто-то кашлянул.

— Кто это? — испугался Саша.

— У нас сегодня гость!

— А как же Бариюс? — зашептала Леночка.

— Я про него совсем забыла, — ахнула бабушка. — Ладно, что-нибудь придумаем. Наш гость не совсем трезвый…

Дети очень удивились бабушкиным словам и побежали посмотреть, кто же к ним пришел.

— Да это же дядя Вася, — закричала Леночка. — Он нам всегда свистульки делает и игрушки чинит.

Дядя Вася тоже узнал своих маленьких друзей. Радостно икая, он нежно отлепил от Леночкиного уха кусочек теста и сдул с Сашиных волос муку.

— Портвейн? — сморщила нос Леночка.

— А ты откуда знаешь?

— А от вас, дядя Вася, всегда портвейном пахнет!

— Отстаньте от дяди Васи, — вступилась за гостя бабушка, — он есть хочет.

Во время разговора Бариюс тихо проскользнул в маленькую комнату. Он очень хотел посмотреть на дядю Васю, но показываться было нельзя.