Пешком туда было далеко, я поехал на автобусе.

Пешком туда было далеко, я поехал на автобусе. Втиснулся в 123-й и через полчаса соскочил там, где он делает круг за музеем.
   Перейти дорогу было целой проблемой — машины шли сплошным потоком, на светофор никто не обращал внимания. Но потом образовалась пробка, и я пробрался на другую сторону к «Макс Мюллер Бхавану».
   Но, очутившись в здании, я растерялся — было уже после шести, все разошлись, и спросить было некого. Потом я услышал музыку — много скрипок вместе — и пошел на звук.
   Так я попал туда, где шла репетиция. Приоткрыв дверь, я заглянул — большой зал, пустой и темный, но сцена освещена и тетя Дейзи сидит на сцене, на первом стуле рядом с дирижером. Все играют, меня никто не видит. Я не знал, что делать дальше.
   И стал ждать. Вдруг все инструменты смолкли, кроме двух виолончелей, они так печально играли, что у меня сердце разрывалось. Неожиданно дирижер замахал палочкой из стороны в сторону-так «дворник» машет на ветровом стекле, — как будто говоря: стоп! Остановиться! Все затихли. Он начал что-то обсуждать с тетей Дейзи, та указала на листок на своем пюпитре. Дирижер заглянул в собственную книгу, прогудел себе под нос и смешно замахал руками.
   — Molto sostenuto, — сказал он, и оркестр приготовился.
   Это был мой шанс — пока опять не заиграли. Я побежал к сцене, наткнулся на стул, он упал. Люди на сцене вздрогнули, дирижер спросил:
   — Да? В чем дело?
   И тут тетя Дейзи, которая вместе со всеми всматривалась в темный зал, встала и подошла в краю сцены.
   — Джехангир? Это ты?
   — Да, тетя, — тихо ответил я.
   — Подойди поближе. Ты что, плачешь?
   Я сам не знал, что плачу. Наверное, слезы потекли, когда я ждал в темноте. Я быстро вытер глаза. Она присела на корточки, приблизив лицо к моему: я был тогда совсем маленький, это теперь я выше ее ростом. Она взяла скрипку и смычок в левую руку, а правой схватила меня за плечо. Мне было приятно ощущать ее руку, мне сделалось легче от ее сильных пальцев.
   — Что случилось, Джехангир? Родители знают, что ты здесь?
   Я покачал головой и сказал ей, зачем отправился в «Приятную виллу». Когда я пересказывал, что говорил доктор Тарапоре, ее лицо сделалось печальным.
   — Честно говоря, я забыла про обещание.
   Я повернулся, чтобы уйти.
   — Подожди, я рада, что ты пришел. Дай мне одну минутку.
   Она поговорила с дирижером, потом исчезла в глубине сцены и вернулась со скрипкой в футляре. Я думал, не собирается ли она спрыгнуть со сцены, — сцена высокая, а она на высоких каблуках. Но она прошла в угол, где оказались ступеньки, которых я не заметил. Она спустилась в зал и помахала дирижеру:
   — До завтра!