Я напомнил родителям. Мама не могла взять в толк, о чем я говорю. Она понимала, что доктор хорошо сделал, предупреждая семью, но приближение конца настолько угнетало ее, что она ни о чем другом не могла думать.
— Прошу тебя, Джехангу, спроси папу, я ничего не знаю.
Папа считал, что к обещанию нельзя относиться всерьез-это было нечто вроде шутки, дедушка и скрипачка пошутили, так что вряд ли уместно ожидать, что Дейзи выполнит его. Дядя Джал был того же мнения.
— А я думаю, что дедушка серьезно говорил. И тетя Дейзи тоже, — настаивал я. — Они даже скрепили обещание рукопожатием.
— Но, Джехангла, ты же видишь, в каком состоянии дедушка? Он почти без сознания. Придет она или не придет — какая теперь разница?
Я целый день не отставал от отца, потому что мне казалось, что это чрезвычайно важно. К вечеру отец не выдержал.
— Хорошо, если хочешь, иди и расскажи ей. Я сейчас не могу оставить маму и дедушку.
Я пошел пешком — так быстрее, чем дожидаться автобуса, который в эт