— «Эк пила ни ладаи».

Какого эпоса?
   — «Эк пила ни ладаи».
   Инспектор расхохотался, наконец полностью расслабившись.
   — С английским переводом! — потребовал он.
   Втроем стали пытаться перевести, сошлись на «Битве за курицу» в качестве заголовка. Потом совместно вспоминали стихи, повествующие о женщине, враждовавшей с соседями из-за украденной курицы, о противостоянии, длившемся пятьдесят четыре незабываемых дня. Чеканные строфы изобличали гнусность этого черного дела, после чего следовал подробный перечень угроз и проклятий потерпевшей, перечень страшных болезней, которые карой падут на воров, если съедят они хоть кусочек украденной птицы. Этот каталог больше всего развеселил компанию — поток недугов начиная с тифа, холеры, дифтерита, диареи, пиореи, геморроя и герпеса и кончая свинкой, корью, безумием, малярией и, разумеется, ветрянкой.
   Компания с увлечением заполняла придуманную капсулу времени милыми сердцу вещами — древними и современными, серьезными и смешными, сакральными и профаническими, — пока не иссякло воображение.
   Инспектор со вздохом налил виски в два опустевших стакана.
   — Только подумать, что это мы, парсы, построили этот прекрасный город и привели его к процветанию. А через некоторое время уже не останется парсов, чтобы рассказать об этом.
   — Ну что ж, — сказал доктор, — и мы вымираем, и Бомбей умирает. Когда отлетает дух, тело быстро разлагается.
   — Прекрасно сказано! — Инспектор украдкой коснулся уголка глаза. — В этом есть резон. Мне легче смотреть на это таким образом.
   — А пока что ешь, пей и веселись.
   Как раз тут появилась миссис Фиттер звать мужа домой, потому что ужин уже готов.
   — Полностью готов или почти готов? — спросил доктор, не допивший виски.
   — Полностью готов и почти на столе, — уверила жена, — и если сразу не сесть за стол, рыба остынет, и ты потом весь вечер будешь ворчать. Вы себе не можете представить, до чего придирчив этот мой парс. Это слышать надо, как он выступает со своими требованиями. Можно подумать, что он все еще распоряжается в операционной, этот мой супруг-пенсионер.