Ожидание было мучительным. Хотелось, чтобы поскорее наказали его, высказали ему свое негодование.

Ожидание было мучительным. Хотелось, чтобы поскорее наказали его, высказали ему свое негодование. Но происходит совсем другое — отец держит руку на его плече, говорит: ничего, Джехангла, не волнуйся; мать обнимает, приговаривая: бедное мое дитя, совсем как взрослый страдает! Уверяет, что во всем виновата она, не надо было показывать ему конверты, не показала бы, он бы и не увидел, как мало у них денег.
   И все. Не обругали, не побили. Это оказалось хуже всего.
   Потом начали ссориться, искать виноватых, где их нет. Слышать, как родители обижают друг друга из-за того, что натворил он, — хуже наказания и не придумать, теперь Джехангир понимал это.
   — Ты только посмотри, что сделали эти бессовестные братец и сестрица, — шумел Йезад, — девятилетний ребенок вынужден брать взятки, в коррупции участвовать!
   — Не надо преувеличивать, — возражала Роксана. — Плохие мальчишки предложили Джегангу деньги, а он взял, чтобы помочь семье. Вот и вся история.
   — Отвратительная история. И у нее только одно объяснение. Коррупция, которая поразила всю страну, угнездилась в твоей собственной семье, благодаря бесстыдным махинациям и предательству Джала и Куми. Ты понимаешь, какой они подают пример? Что ж удивительного, что и Джехангла принял взятку?
   — А ты понимаешь, какую городишь чушь? Наш сын взял деньги не на жвачку или на мороженое для себя. Взял, чтобы помочь родителям прокормить семью, чтобы купить лекарства для дедушки.
   — Значит, во всем виноват я. Раз не могу столько зарабатывать, чтобы дом превратился в клинику-люкс для твоего отца.
   — Я этого не говорила!