То вверх, то вниз.

То вверх, то вниз. На собственные сны я могу положиться. С другими я теряю деньги. Беда в том, что сон у меня нынче не тот, что прежде.
   Вили поправила выбившуюся прядь волос и разгладила скомканный ворот халата.
   — А что это вы вдруг «Кубышкой» заинтересовались?
   — Да это временно… — Йезад колебался. — Деньги потребовались. Хочу сделать сюрприз. Роксане.
   — Пара голубков!
   — Можешь подсказать номера на сегодня?
   — Мне ночью снился такой ясный сон, что на сегодня номера просто с гарантией.
   — Что тебе приснилось?
   Вили застенчиво опустила глаза:
   — Очень интимный сон.
   Почуяв, что он не собирается расспрашивать, Вили продолжила сама:
   — Впрочем, что ж не рассказать — я ведь не отвечаю за то, что во сне происходит, правда? Иду я по Гранд-роуд, ищу себе бюстгальтер. Останавливаюсь у прилавка, где приличный выбор. Продавец спрашивает: «Какой вам номер?» Я говорю: «Мой обычный, 34А».
   Йезаду сделалось неловко, но Вили уже понесло:
   — Он качает головой, а сам на мою грудь смотрит. Нахально так смотрит. И говорит мне с сальной улыбочкой: «Мадам, ваш номер не 34А. Я уже много лет в этом бизнесе, мне достаточно одного взгляда на ваши прекрасные формы, чтобы понять, что вы носите 36С».
   Йезад не удержался и бросил быстрый взгляд: грудь Вили выглядела как всегда — нечто бесформенное под нелепым халатом.
   «Перестань пялить глаза, — говорю я этому бесстыжему, мавали бессовестному. — Я свою грудь знаю, уже столько лет ношу 34А, я же не расцветающая школьница, в конце концов». А он мне: «Вы примерьте и скажите!» Я говорю: «Ты что, с ума сошел? Прямо на улице мерить, что ли?» — «Зачем, — он говорит, — возьмите домой, мадам, и поверьте мне: груди и бюстгальтеры — это мой бизнес, они меня кормят. 36С вам в самый раз. Не подойдет, принесете обратно, я вам полностью верну деньги плюс десять процентов за неудобство». Ну что сказать? Принесла домой, примерила. Поверите ли, он оказался прав: 36С сидит на мне как влитой!
   На этой точке Вили перешла с драматического тона на деловой:
   — Вы меня поняли, Йезад-джи? Сегодняшний лотерейный номер 36. Тройка — первая карта, которую вынут из «Кубышки», шестерка — последняя.
   Йезад достал из бумажника десять рупий.
   — Можешь поставить на 36?
   — А который сейчас час? Первую карту в девять вынимают, надо поспешить!
   Она заторопилась в соседнюю комнату, принесла линялое желтое шифоновое сари и стала наворачивать прямо поверх халата.
   — А где у меня булавки? Помогите заколоть сари, Йезад-джи. На плече, на талии и здесь, на спине. Так. А этой я заколю сари на животе. Готово. Спасибо, милый.
   — Пожалуйста.
   Вили посмотрелась в зеркало — фас и профиль — и осталась довольна.
   — Если успею, то завтра получите восемьсот десять рупий за свою десятку.
   — А когда мы узнаем результат?
   — В полночь, когда вторую карту вынут. Зайдете?