Придя утром в командирскую землянку, застал там командира с комиссаром и Васильева, они о чём-то спорили, правда, голоса никто не повышал.
- А, Волошин, проходи.
Я уже было хотел протянуть командиру списки, но он взглядом остановил меня.
- Васильев, вот, в бой просится, - комиссар смотрел в глаза бывшему полицаю, - говорит, что ни одного его человека не определили на задание! Не доверяем, говорит, мы им! Обижаем их этим!
Я промолчал, было видно, что комиссар это говорит больше для Васильева, чем для меня.
- Иди, как будет что-то для вас, мы тебя позовём! – командир указал Васильеву на выход из землянки.
- Обижаются они, видите ли! – комиссар ещё не мог отойти от спора, - Докладывай, что и как решил.
Я доложил, что людей распределил, старших назначил, сам со своей группой решил идти на поиски склада.
- Искать значит, себя поставил? Будешь ты искать, но не склад, а другой отряд! – командир взмахом руки остановил мои возражения, - тебе эта часть работы отряда достаётся. Ты с людьми разговаривать умеешь, а при встрече с тем отрядом без переговоров не обойтись. Мы уже наслышаны о разных отрядах, которые называют себя партизанами, а на самом деле только живут в лесу и обирают местное население. Тебе ведь сначала информацию о нём собрать надо, а потом уже идти на встречу. Может так случиться, что переодетые полицаи будут в лесу вас дожидаться. Вот, какое дело! А это, что за рисунок?
- Это я нарисовал, как к избушкам на болотах пройти. Мы все, кто там был, уходим, а значит, больше дороги никто не знает. Вот, нарисовал для вас.
- Ты смотри, комиссар, не мы о нём как командиры заботимся, а он о нас! – командир улыбался, - сообразил, а я уже и забыл о том. Проверь на десять раз снаряжение и главное на настроение бойцов внимание обрати. Лучше заменить человека чем всю дорогу с ним мучиться, а то ещё и дело под удар поставит. Молодец, что Ерохина на поиск аэродрома назначил. Человек военный, он всё просчитает, и точные координаты нанесёт на карту, вот возьми, ему карту отдашь. Во Фролове уверен? Я как-то не замечал в нём рвения к боевым действиям, всё время во втором строю идёт!
- Да, уверен. Он просто такой человек, не выпячивает грудь, когда головой думать надо. Со складом, это ему будет задача, раз мне другой путь. Им взрывчатку надо, а так группа готова.
- Да, там уже всё приготовили. Пусть к минёрам подойдёт, я уже распорядился. И все пообедайте, только не от пуза! Матвеич вам уже и припасов в дорогу собрал, я сам проверял. На четыре дня, больше никак. Если что, на месте думайте, чем подкрепиться. Ну, раз у тебя всё, иди к людям, комиссар придёт вас проводить.
- Товарищ командир, а доктор списки раненых уже приносил?
- Знаю, о чём думаешь! Буду настаивать, что бы её обязательно отправили самолётом. Тут, Юра, вот какое дело! Кончится война, народу много погибнет, восполнять население надо будет. А кто, как не женщины, к этому приспособлены?! Вот и будете с Зоей трудиться на благо Родины!
Они с комиссаром рассмеялись, а я покраснел. Заметив моё смущение, рассмеялись ещё больше, тут уже и я улыбнулся.
- Ну, всё, иди, - комиссар сдерживал улыбку, - я приду.
Проверив ещё раз готовность групп к выходу, получил у Матвеича продуктов в дорогу, по вещмешку на группу. Построились, позвал комиссара. Вместо своей обычной речи в таких случаях, он оглядел всех и пожелал вернуться всем живыми и с выполненным заданием. Группы расходились в разные стороны, впереди всех ждала неизвестность.
По информации, которую мне дал командир, искать тот отряд нам предстояло не ближе чем за сорок-пятьдесят километров от нашего лагеря. В зону поиска мы планировали выйти только на третий день, при хорошем стечении обстоятельств. По дороге к месту, мы прошли много сёл и деревень. Старались обходить их стороной, стычки с фашистами нам были не нужны, не затем идём. Поразил своим приёмом один хутор! Поздно вечером начался дождь, который чередовался со снегом. Мы сильно промокли, и было принято решение зайти в хутор, чтобы просушить одежду и в нормальных условиях переночевать. Когда вошли в хутор, то навстречу, из крайнего дома, вышел старик в одной холщовой рубахе, держа вилы, направленные в нашу сторону он заявил:
- Немцев здесь нет и красных не будет! Уходите пока я всех не поднял! Горе только от вас!
Мы были поражены его поведением, не вступая в конфликт, ушли в лес, вот тебе и советский человек! К концу третьих суток вышли в район, где как предполагал командир отряда, должен был находиться партизанский отряд. Если верить карте, которую мне дали, как и всем старшим групп, впереди была небольшая деревня. Чтобы опять не попасть на стычку с местным населением, решил ночью послать двоих партизан в разведку. Задача у них была простая, узнать есть ли немцы или полицаи в деревне. Ночью разведка вернулась, с полицаем при оружии, я был удивлён, что его не разоружили. Это был мужчина немного за шестьдесят, крепкий телосложением, во взгляде читалась уверенность в себе.
- Доброй ночи, не думал, что командир такой молодой будет!
- Молодость ещё ничего не значит! Вы кто?
- Я, полицай местный, - он улыбнулся, - власть, получается здешняя, - а вы кто?
- Это мы Советская власть, а вы сапоги врагу лижете! – меня взбесил гонор этого предателя.
- Не торопись с выводами. Может, выслушать сначала меня захочешь?!
- Наслушался уже, таких, как вы!
- Опять не торопись. Можно к костру присяду?
Кивнув головой, я разрешил, уверенность этого с повязкой много о себе говорила, чувствовалось, что не всё так просто
- Ты главное, командир, не кипятись раньше времени. Вижу, что вы не те люди, которые наживы по лесу ищут. Видно, что настоящие вы партизаны.
- Почему так решили?
- А потому как разведку выслал, а не всем скопом в деревню подались. Мы ведь деревню охраняем, охраняем от пришлых, злых людей. Немец пришёл, сказали надо отряд здесь создать. Деревня посовещалась, и нас вдесятером выбрали на эту, мать её, должность. Вы чего пришли?
- Для чего и почему не вам знать, а вот как вы служите, это уже интересно!
- Да мы то, как служим, за порядком в деревне смотрим, немцев нет и то хорошо. Бывает раз в неделю, какой их офицер с солдатами приедет, накормим, напоим - они уедут. Скот наш не тронули, ну это я думаю пока, люди живут как прежде. Так чего пришли?
- Разведка у нас, местность изучаем. Вот теперь как с вами быть, с охраной деревни?! Расстрелять бы вас надо, предатели вы все!
- Что ты всё стрелять и стрелять. Мы не вызывались, деревня выбрала. Трое из тех, кто, как ты говоришь предатели, без одной ноги. На костылях да на чурочке ходят. В ту ещё немецкую на фронте конечности оставили, одному уже и за восемьдесят. Мы никого не трогаем. Так чего пришли?
«Не боится, не дерзит, говорит грамотно!» – это что за полицай такой, обдумывал я его поведение. Отошёл с партизанами, которые его привели, в сторону.
- Вы как с ним встретились?
- Зашли в крайний дом, спросили, что да как. Там бабушка посоветовала в следующий дом зайти, мол, нам там всё и расскажут, а немцев и, правда, в деревне нет. Зашли к соседям, а он там сидит, хозяин он того дома. Как узнал, что пришли посмотреть на деревню, к командиру попросился. У него в карабине патронов нет, мы проверили. Он сам их дома достал и с пустым оружием пошёл.
После разговора с партизанами я вернулся к полицаю.
- Партизаны в округе есть?
- А если и есть? Встретиться желаешь?
- А почему нет?! За тем и пришли. Свести можешь?
- А, что не свести. Вижу, что и, правда, не простые вы прохожие. Завтра здесь же увидимся, придут к вам гости. А сейчас идти надо мне, загостился, тревогу в деревне поднимут. До завтра!
С этими словами полицай растворился в молодом осиннике.
- Да уж, не мы полицая расспрашивали, а он нас, сейчас же уходим! Завтра с утра разведку сюда, да пораньше, посмотрим, кто придёт. Остальным на удалении ждать, сигнал будет - подходите.
Собрав вещи и проверив место на предмет забывчивости, ушли на три километра от места встречи с полицаем.
Ночью я почти не спал, обдумывал свой сегодняшний разговор, думал, что скажу завтра, если на встречу, кто-то придёт. Начало светать, даже на душе полегчало, уж лучше, что-то делать, чем сидеть и ждать. Обговорив сигналы, выслал двоих к месту встречи. Просил соблюдать осторожность, кто знал, что там за ночь могло произойти? Часа через два после разведки, выдвинулись сами. Обогнув место встречи, постарался окружить его, нужно было быть готовым к тому, что враг подойдёт с любой стороны. Стали ждать сигналов разведчиков. Наконец послышался условный свист. Выйдя из укрытия, сам направился к месту встречи. По дороге прошёл мимо своего разведчика, который показал жестом на полянку для встречи, там уже кто-то был.
- Добрый день, - поздоровался я с человеком, сидящим на старом пне, вчера там сидел я.
- И вам день добрый. Кто вы будете?
- Так и я это у вас хотел спросить.
- Молоды ещё, что бы первым спрашивать, хотя в нашенское время люди взрослеют быстрее, - тон человека был миролюбивым и спокойным, - меня Александр зовут. Я командир партизанского отряда здешних мест, а вы кто? Было видно, что изначально он хотел сказать «ты», но резко поменял выражение.
- Юрий, командир разведчиков.
- О как! Такой молодой и командир! Хотя, ладно, садись, разговаривать будем.
- А я тут постою, осторожным буду.
- Осторожность сейчас первое дело. Вчера не показал ты всех своих людей полицаю, похвально. Только мы уже знаем, где вы ночевали. Сосна там, напополам расколотая, гроза страшная была, пострадало дерево.
Теперь уже на «ты». Он не врал, на месте нашей ночной стоянки действительно была старая сосна на половину расщепленная.
- Чего в гости не зашли?
- Побоялись, что стрелять начнёте, посты ваши мы не видели. Рисковать не стали. «Замаскировались, даже жители леса их не видели!» - мысленно похвалил я своих партизан.
- Так как знакомиться будем, что бы доверять друг другу?
- А вы расскажите, что сделали в неделю от сегодня, - я намерено не переходил на «ты», да и старше Александр был.
- Ну что ж, так и быть. Три дня назад, после станции, поезд спустили в обрыв, до этого колонну постреляли. Фуражиры, за припасами отправились, теперь сами ворон кормят, если свои не забрали. У вас какие подвиги?
- Гарнизон весь положили, - я назвал село, - до этого в посёлке одном пошумели знатно. При упоминании названия посёлка, Александр встал с пня.
- Слышал, народ говорил, дошли и до нас известия. Машин в селе грузовых, сколько было, а мотоциклов?
- Пять грузовиков и два мотоцикла.
- Верно. Ну, зови своих, пойдём в отряд, там и поговорим по-людски, а то в лесу и разговор не тот.
Я два раза свистнул, это означало, что ко мне должны были выйти четверо, остальные пойдут за нами тайно. Вышли мои партизаны, из осинника напротив, вышли шесть человек с оружием, направленным на нас. Александр велел им опустить оружие, но посоветовал присматривать за нами. Мы пошли в его партизанский отряд.
К концу дня мы подошли к развилке лесных тропинок. Направо уходила более натоптанная, та, что уходила налево была видимо запасной. Судя по следам, дня два по ней не ходили, по пути к лагерю, я заметил один пост. Партизаны, видимо, курили на дежурстве, был в воздухе запах табака, да и из-под большой сосны виднелся слабый дымок. Я не стал указывать на это Александру, пусть у меня будет то, чем я смогу блеснуть при разговоре. «Только бы они моих ребят, что тайно за нами идут, не встретили огнём» - промелькнула мысль. Дойдя до развилки, Александр повернул налево. Мы, соответственно за ним, половина из партизан отряда Александра пошла по правой тропе. «Раньше нас в лагере будут, встречу нам приготовят» - догадался я. Наконец в лесу запахло дымом, через десять минут я увидел приземистые домики. Было ясно, строили их не партизаны, стояли они здесь уже очень давно.
- Ну, как вам моя деревня? – спросил Александр, явно хвалясь партизанским лагерем.
- Хорошо у вас, только строили их не вы, так что, и хвалиться нечем.
Моя критика была принята Александром без ответа. Было видно, что не обиделся он, хоть и ожидал похвалы. Прошли в центр улицы из ряда домиков. Часовой, возле одного из домов, отдал воинское приветствие и доложил, что происшествий в отсутствие командира не случилось. «По-армейски всё» - похвалил я про себя командира отряда.
- Прошу к нам в гости. Кого с собой на разговор из своих возьмёшь, или сами разговаривать будем?
- Я думаю, разговор на двоих уместней будет.
Услышав мой ответ, Александр приподнял брови:
- Ты гость, тебе решать. Вошли в дом, хоть и был он очень стар, но после небольшого ремонта он представлял собой достаточно хорошее жилище. По крайней мере, не было сыро как в наших землянках. Дрова потрескивали в небольшой кирпичной печке в углу, на столе стоял самовар, судя по пару из него, приготовленный к нашему приходу. «Так и есть, те партизаны раньше нас в лагерь пришли, думаю, что не одна засада нас ждала на входе в лагерь» - обдумывал я то, что увидел.
- Присаживайся, - Александр придвинул ко мне стул.
После чурочек в нашем лагере это было королевское седалище! Пока он наливал чай из самовара и добавлял в него мёд из железной кружки, я уже решил, как поведу разговор. По моему плану начать его должен был именно я.
- Александр, я заметил, что там, в лесу, когда я про тот посёлок заговорил, вы заволновались. Я спрошу на прямую, у вас там родственники, знакомые?
После минутной паузы, которая ушла на размешивания мёда в железных кружках, он спросил:
- А ты что-то знаешь о них?
- Мария, Зоя, Оля?
От волнения, после моих слов, он чуть не перевернул кружку с кипятком!
- Если есть что сказать, плохое или хорошее, говори! Не томи душу!
После нескольких дополнительных вопросов, убедившись, что Александр и есть отец девушки, к которой я испытывал чувства, я сдался.
- Есть что сказать, только хорошее, ну, не совсем.
Я рассказал ему всё, всё, что знал о его семье. Заслушавшись меня, он хлебнул из кружки, забыв, что там кипяток. Прижав губы рукой, сказал:
- Да, парень! Вот уж не ожидал такого!
Выйдя из домика он отдал приказ накормить всех кто со мной пришёл. Стоя рядом с ним, я свистнул три раза. Через пару минут подошли мои партизаны, которые скрытно сопровождали нас до отряда Александра. Надо было видеть глаза командира партизанского отряда, которого провёл с сопровождением восемнадцатилетний юноша. Было удивление, было восхищение!
- Ты хочешь сказать за нами всё время шли твои люди?!
- Так и есть, а ещё у вас на посту партизаны курят, та большая сосна, дымок и запах. У нас командир тут же голову оторвал бы!
- Если у него такой разведчик, то можно себе представить какой командир отряда! Всё, садись! Ужинать будем, сейчас соберут на стол.
- Спасибо, а то от вяленой рыбы уже нёбо трескается.
- Понял, - Александр открыл небольшой шкафчик и достал графин.
Графин! Настоящий, стеклянный графин!
- Давай-ка, зять, по маленькой!
- Я не пью, и не пил никогда!
- Вот же напасть, с зятем и не выпить! А думаю, придётся тебе пригубить чуток. За те новости, что ты мне принёс, я бы весь графин на радостях оприходовал, без помощников.
Вот так пришлось мне первый раз выпить алкоголь. В голове закружилось, но запив большую стопку первака травяным чаем с мёдом, я пришёл в себя.
- Завтра утром должна прийти группа с задания. Прознали мы, что немцы нашли объездную дорогу, выгодная она им. От больших дорог в стороне, самолёты её наши в лесу не видят, вот и стали там машины с пехотой прогонять. Мостик там есть, танк не выдюжит, а машина проедет. Решили рвануть мы этот мостик. Три дня мои партизаны, на старой линии обороны, снаряды искали. Толу натопили, всё сделали, снарядили группу. Уже поди и нет того мостика, а обойти его никак, болото! Думаю, что перекрыли мы эту дорогу, там старшим мой заместитель. Я с тобой пойду в твой отряд, а он здесь останется.
- Значит, есть у вас сила?
- Есть, но всего мало. Патронов мало, оружие - одна винтовка на двоих. Сегодня один воюет, второй отдыхает. Не война, а развлечение! И как назло обозов нет, какие мы бы осилили, все с большой охраной. Уж и так мы подбирались и так, а без больших потерь не укусить. А ваш отряд прям геройский, слышали мы о том бое. Завидовали, здесь сидя. Так значит, самолёт будет, Зою на большую землю отправят?! Это хорошо, - не дожидаясь моих слов, сам для себя решил Александр, - решено, завтра выходим!
- Как получилось, что вы от семьи потерялись. Они ведь о вас ничего не знают?
- После того как мы тот схрон сделали, я хотел в район проехать. Карту должен был оставить, где припасы схоронил. Самолёты налетели, бомбили дорогу, пока я в обочине с контузией валялся, водитель ушёл в посёлок, бросил меня. Беда в том, что всё в спешке делалось, не верили, что немец так быстро до нас дойдёт. Ждали всё чего-то, вот и получили! Пока до района добирался, встретил красноармейцев с лейтенантом во главе, решили вместе идти. Потом выяснилось, что немец уже далеко впереди нас. Решил пока в посёлок не возвращаться, узнали бы кто я и кто моя семья, несдобровать всем! Вот так и жил в неведении. А твои-то родители как?
- Не знаю, - я рассказал свою историю.
- Ну, Юрий, считай, свою семью нашёл. Если тебя Зоя приняла, то быть вам вместе. Она девушка такая, парней в посёлке палкой била, кто смел за косу её дёрнуть, с детства на работе со мной пропадала. Моим замом её звали! Впервые за наш разговор Александр улыбнулся, видимо очень ему были приятны воспоминания о семье!
- Слышал уже. Оля, дочка ваша - звёздочка на небе. Всегда улыбается и крови не боится, малая совсем, а как взрослый рассуждает.
- И не говори, вот уж не знаю, в кого такая? Давай спать, утром как проснёшься, иди ко мне. Вам уже и место определили.
Александр проводил меня и моих партизан до дома, где нам отвели, целую комнату. Сухое сено на полу было самой желанной периной в тот день. Сытые и довольные, что выполнили задание, мы уснули спокойным сном.
Продолжение следует.