Помню одну прехорошенькую девушку, что работала поваром в одном из заведений гастрономической столицы России. Пришла совершенно без опыта, тут же освоилась, информацию впитывала как губка, влилась в коллектив (богомерзкое слово "команда" в те времена не употребляли в приличном обществе).
Зачитывалась приключениями Эраста Фандорина, а на смену иногда приходила сразу после запланированной кремации сухих растений; я не слишком витиевато, вы вытягиваете?
И собой-то хороша, и глаза озорные и горящие, и люди к ней тянулись, располагала к себе; но, поскольку работала поваром, руки у неё были в шрамах и волдырях, что только добавляло ей харизмы, как по мне, а она очень переживала.
Естественно: руки повара - это вам не нож, за которым тщательно следят и берегут, полируют и точат, кладут на одно и то же место, ибо потерять нож - большое горе.
Руки - даже у повара средней руки, вуаххахахахаха, вот это каламбур - обязательно в порезах, в ожогах, в припухлостях, в шишках, в потемнениях, в мозолях, в пустулах, в папулах, в шелушениях.
Один знакомый повар, теперь уже су-шеф, рассказывал, что ему незнакомые люди всё время говорят, что у него на руках "грязненько", залячкался где-то, надо бы их с мылом. А у него там - от кисти до локтя - потемнения полосками, старые ожоги.
Тот же знакомый повар, теперь уже су-шеф, рассказывал, что когда он пришёл в военкомат, там увидели его руки и спросили, зачем он себе режет вены, вы понимаете.
Не обжечься на кухне невозможно, будь ты трижды наиаккуратнейший в мире. Иван Шишкин пишет, что во время стажировки в США он лично видел и слышал, как там повара всё время орут "Behind you!", "Behind you!", "Behind you!", такое ощущение, что всем срочно нужен человек по имени Би Хайн Ю, а он в туалете застрял.
У нас же повар... да что там повар - огромное количество поваров есть, которые несут раскалённую сковородку, не прикрывая впереди рукой. А когда в опасной близости появляется человек - еле слышно бормочут себе под нос что-то типа "Ый, а".
Может нож соскочить, это бывает, а можно в запару за раскалённую гастроёмкость схватиться, забыть, что не надел перчатки, мелочи ускользают за край сознания, когда у тебя десяток чеков, а в каждом - пять заказов.
Самой собой, никто и не думает, что из-за этих порезов и т.д. можно закрыть смену и уехать домой. Повар, повредив руку, идёт к служебной аптечке, пшикает на ожог каким-нибудь спреем типа "Пантенола" (это не реклама, увы, хотя я не против, не против) и возвращается к работе.
Если порез и кровь капает - в аптечке есть перекись, пластырь, напальчник. Есть спиртовой клей, кстати, Веничка Ерофеев одобряет.
А вот официанту, увы или ура, такие руки иметь, само собой, категорически нельзя. Вы понимаете - мы же этими руками еду подаём, иной раз - прямо около носа, рта и глаз пронося тарелку, кому же будет приятно, если у официанта руки, извините меня, как у этого самого как бы, ну.
В некоторых обучающих материалах даже отдельно прописывают, дескать, официант должен следить за кожей вообще, за руками - особенно, чтоб без каких бы то ни было там порезов и/или царапин, чтоб ногти короткие и чистые.
Обжечься официанту довольно сложно, если не сказать - немыслимо. Даже когда какой-нибудь тоиди заказывает замечательное кофе капучино с корицей погорячее, это не настолько горячо, чтоб прямо уж это самое, как говорится, ну.
А вот порезаться - это бывает. Стекло же натираем. Легко может хрустнуть, треснуть, вспороть.
В одном из заведений управляющая вообще придумала правило: менеджер утром должна была осматривать руки официантов. И если какой порез или чего похуже - не допускать к работе. Я добросовестно показывал, особенно зимой, когда шелушения от мороза.
Как у великого поэта в жутком стихотворении, помните?
А пальцы вспухшие алели.
На левой — два, на правой — пять...
Он
опускался
на колени,
Чтобы до клавишей достать.
Семь пальцев бывшего завклуба!
И, обмороженно-суха,
С них, как с разваренного клубня,
Дымясь, сползала шелуха.
И менеджер говорила мне, чтоб я взял её крем, чтоб шевелился, чтоб переодевался, я уходил, а она брала специальный журнал осмотра менеджером рук официантов и писала, что сегодня, 29-го ноября, я осмотрела руки официанта такого-то и официанта такого-то, нашла их состояние отличным, допускаю к работе.
