С этими словами лейтенант еще раз щелкнул пультом

С этими словами лейтенант еще раз щелкнул пультом, растворяя в темноте изображение на пикт-дисплее, и собранные на инструктаж гвардейцы, встав со своих мест, молча потянулись из зала. Медленно продвигаясь с другими к выходу, Ларн внутренне не переставал удивляться тому, как хорошо лейтенант Винтерс знал характер своих подчиненных.

Поскольку, даже если взять любого из их роты… Кто в здравом уме посмел бы обратиться с вопросом к сержанту Ферресу?!

— Так вы называете себя солдатами?! — взревел сержант Феррес, и его резкий голос эхом отразился от причальных стенок грузовой палубы. — Да более высокие формы жизни слетались к моему отцу, когда он подмывал свою задницу! Так, атакуете вон тот блокгауз!.. Да так, как полагается, иначе я заставлю вас всех пожалеть о том, что вы когда-то выползли из утробы своих безмозглых мамаш!

После инструктажа прошло пять часов. Пять часов, которые Ларн провел с другими ребятами из своего взвода на одной из грузовых платформ транспорта, где они опробовали на себе новый метод тренировок, который родился в воспаленном мозгу сержанта Ферреса. Металлический пол вокруг них был расчерчен на прямоугольники, обозначающие очертания воображаемых бункеров, дотов и блокгаузов, атакуя которые гвардейцы, как предполагалось, должны были оттачивать тактические навыки штурма укреплений. Однако, несмотря на часы, проведенные в бою с невидимым противником, сержант Феррес, казалось, не собирался успокаиваться.

— Пригибайтесь при перебежках! — ревел он, не отставая от Ларна и его товарищей по звену, когда они в очередной раз пошли на штурм несуществующего объекта. — Вы под лазерным огнем… шрапнель свистит вокруг вас! Пригибайтесь и держитесь укрытий, если не хотите стать мишенью!

Ларну же все происходящее казалось безумием. Даже при всем своем почти животном страхе перед сержантом несколько раз, когда они перебегали от одной воображаемой цели к другой, он едва смог сдержать смех. Останавливало его только выражение лица Ферреса. Что бы Ларн и другие ни думали о нелепости пятичасового штурма контуров воображаемых зданий, полных невидимых врагов, сержанту было явно не до смеха.

— Быстрее! — кричал Феррес столь пронзительно, что казалось, вот-вот сорвет голос. — Я хочу, чтобы вы зачистили мне этот блокгауз, комнату за комнатой! Не оставим врагу ни угла! Пленных не брать! За Императора!