Посвящаю соседу Зуеву. Он пришёл с ночной смены. Сейчас поест щей и завалится спать. Сколько же он может спать? Это просто уму непостижимо… Эпиграф: Встречаются две мамаши. Одна другой: — Как же ты дочку-то одну отпустила?
— А чего? Она с девяти лет под надзором милиции. (Сергей Довлатов. «Компромисс») Уж ноябЫрь в окончаньи.
Уж декабЫрь на подходе.
Я гуляю еле-еле,
Что-то деется в природе.
И вороны замолчали,
Воробьи сидят на ветке.
Я гуляю еле-еле.
Я не пью уже таблетки.
Хотца водки. Или пива.
Холодцу поесть мясного.
Я гуляю. Где таблетки?
Где волнения былого?
Вота кошка пробежала.
А за ней бежит собака.
Да, декабрь настанет скоро.
На дворе, в помойке драка.
Там собака чешет кошку
(Догнала её, паскуду).
Осень. Птицы улетели.
А куда? Накой? Докуда?..
Посвящаю соседу Зуеву. Он пришёл с ночной смены. Сейчас поест щей и завалится спать. Сколько же он может спать? Это просто уму непостижимо…
Эпиграф:
Встречаются две мамаши. Одна другой:
— Как же ты дочку-то одну отпустила?
— А чего? Она с девяти лет под надзором милиции.
(Сергей Довлатов. «Компромисс»)
Уж ноябЫрь в окончаньи.
Уж декабЫрь на подходе.
Я гуляю еле-еле,
Что-то деется в природе.
И вороны замолчали,
Воробьи сидят на ветке.
Я гуляю еле-еле.
Я не пью уже таблетки.
Хотца водки. Или пива.
Холодцу поесть мясного.
Я гуляю. Где таблетки?
Где волнения былого?
Вота кошка пробежала.
А за ней бежит собака.
Да, декабрь настанет скоро.
На дворе, в помойке драка.
Там собака чешет кошку
(Догнала её, паскуду).
Осень. Птицы улетели.
А куда? Накой? Докуда?..