Маша плакала навзрыд: она потеряла сережку. Маленькие золотые сережки с розовыми камешками моя подруга носила, почти никогда не снимая, с первого курса университета. Вот уже второй год мы с Машей вдвоем делили небольшую съемную квартирку, попав после распределения в один город. Зарплаты, конечно, маленькие, но новые серьги подруга вполне могла себе позволить, да и отец никогда ей ни в чем не отказывал. Почему тогда столько слез? Я поняла, что дело здесь в чем-то другом.
- Понимаешь, - будто подслушав мои мысли, сказала Маша, - эти сережки, мне подарила мама. Это был ее последний подарок. Мы пошли в медицинский кабинет, и мне прокололи уши. Мама достала серьги и сказала, что это ее подарок на мой день рождения. А через неделю ее не стало. День рождения был только через месяц, а она - с подарком. Будто боялась, что не успеет подарить, будто знала.
Мама Маши нелепо погибла в расцвете лет, дочке было всего четырнадцать... Я полезла в шкаф и извлекла оттуда бутылку яичного ликера, которую мне привезли из-за границы. Этот ликер мы планировали распить в мой день рождения. Это сейчас полки магазинов заставлены разнообразными напитками на любой вкус и кошелек, а тогда яичный ликер был в диковинку.
- Ты же берегла его для праздника, - удивилась Маша.
- Вот мы его сейчас и устроим, - обняла я подругу. - А с сережкой что-нибудь придумаем. Рядом находится ювелирная мастерская: попробуем сделать подвеску на цепочку.
После озвученной идеи о подвеске Маша заметно повеселела. А потом мы начали восстанавливать последовательность ее действий. Я засыпала подругу вопросами:
- Когда ты последний раз запомнила их на себе? На ночь снимала? Голову мыла?
Затем мы обследовали ванную, спальню, постель.
- А где твоя ночная рубашка? - я прочно вжилась в роль Шерлока Холмса.
Ура! Потеря была найдена: сережка зацепилась за Машину ночнушку и висела на ней, пока мы переворачивали квартиру. Ликер допивали уже на радостях. Потом, изрядно захмелевшие, смеялись и плакали одновременно. Маша впервые рассказала мне о своей маме, о той боли, которую пережила и о своих непростых отношениях с новой женой отца. Это был вечер откровений.
Теперь мы живем не просто в разных городах, но и в разных государствах, видимся редко. И в эти редкие встречи обязательно пьем сладкий дешевый яичный ликер, хотя в принципе я предпочитаю белое сухое вино, а Маша - мартини. Он стал "напитком нашей молодости", он так же сладок, как и наши воспоминания о навсегда ушедшей беззаботной юности. Потому что у всего есть цена и ценность. Ценными для Маши были те маленькие сережки, купленные мамой (теперь их, кстати, носит Машина дочь). Ценной была та бутылка ликера и дружеское участие. Не имеет цены наша многолетняя дружба.
Рекомендую почитать.
Подпишитесь на канал. Я старалась, не будь жадиной 😉 поставь Лайк!