Солнце поднималось все выше, а тем временем Юлию Альбертовичу никак не удалось вернуть Ярослава в сознание.
- Я хочу поговорить о Шимоне Кучере, - заорал, не выдержав ювелир. Эти слова словно облили старика холодной водой. Он замер, явно заинтересовавшись словами Загребельного. Пьяный взгляд сумасшедшего изменился, стал светлее, и сосредоточился на собеседнике.
Однако еще одна случайная встреча ждала Загребельного и Кучеру, участковый Скрипочкин оказался на их пути.
- Здравствуйте, - поднял он руку к фуражке, и бестактно вмешался в разговор: - о ком беседу ведете, если не тайна?
- Никакой тайны, - приветливо улыбнулся Загребельный. - Вы, наверное, тоже знакомы со старой легендой о Змеином Глазе?
- Да, вдоволь наслушался, пока работаю над его исчезновением...
- Мое личное расследование приоткрыло завесу тайны, которой на протяжении сотни лет было окутано лицо искусного ювелира из Чехии, Шимона Кучера.
- Кучера? - переспросил участковый и словно застыл, обратив взгляд в старого Ярослава. - Случайно, не ваш родственник?
- Мой, - ответил пьяница и, опершись на ближайший забор, начал свой рассказ. - Его в нашей семье уважали, как легендарного мастера, но, несмотря на это, биография дедушки Шимона оставалась полна черных пятен. Почти ничего от него не осталось, ни одного упоминания... Поэтому однажды я решил наконец исправить это и восстановить историю жизни этого великого человека. Я путешествовал по местам, где когда-то бывал дедушка, расспрашивал стариков, которые еще помнили его, и двигался все дальше, пока не остановился здесь. Лишь в Долине оказалось настоящей проблемой найти правду... Кто-то говорил, что умер он, а кто - то- что уехал, но куда уехал, или же где похоронен... Ничего. Так и не нашел ответов, но неожиданно встретил здесь свою любовь, потому и осел в Долине...
- Теперь, кажется, я могу помочь вам воссоздать старую историю, - Загребельный вытянул из-под пиджака книжечку с кожаной обложкой. - Это - дневник Шимона Кучера, найденный на чердаке дома Ковалевых, где, как говорят, мог гостить ювелир. Посмотрев на вещи мастера, оставленные в доме, можно судить о том, что его все-таки убили. А в дневнике описаны последние дни его жизни и внезапно найденная в поселке любовь.
- Достаточно символично, что вы влюбились в местную девушку, как и ваш дедушка, - заметил Скрипочкин, и задумался, - но вот что меня действительно смущает... Если вы - внук ювелира из легенды, то подвеска принадлежит вашей семье, поэтому у вас был настоящий мотив...
- Нет, - возразил Загребельный, - ведь можно было законным путем доказать право собственности.
- Но это не единственная причина для убийства. Так же это могла быть и месть Трубецким за убийство Шимона. Ярослав Кучера проживает здесь уже достаточно давно, поэтому мог быть ответственным за все смерти в этой семье... Невероятно. Еще вчера я даже не смотрел на него под таким углом. Это был лишь свидетель, который подтвердил алиби Андрея Трубецкого...
- К сожалению, вы опять ошибаетесь и скоро я докажу вам это, - заверил участкового Юлий Альбертович. - Но сначала, думаю, стоит вернуть дневник законному владельцу, - протянул он книжечку Ярославу.
Дрожащими руками Кучера взял ее и прижал к груди.
- Всю жизнь..., - сказал он со слезами на глазах, - всю жизнь я потратил, чтобы его отыскать и, наконец, дневник дедушки Шимона в моих руках... Теперь пробелы в его жизнеописании заполнятся... Спасибо тебе...
Голос Ярослава вдруг изменился, словно совсем не пьяница говорил искренние слова, орошая сухое сморщенное лицо детскими слезами счастья. Старик, сияя, пошел домой. А тем временем участковый с нетерпением ждал объяснения. В странном деле он никак не видел разгадки, но Загребельный с уверенностью заверил, что предоставит ее участковому уже сегодня.
- Вы знаете, кто убил Анну? - спросил Скрипочкин, на что Юлий Альбертович кивнул. - И кто похитил Змеиное Око вам известно?
- Конечно, теперь мне известно все...
- Рассказывайте же!
- Всему свое время, - улыбнулся Загребельный, - проявите немного терпения...
С уважением к читателям. Всегда жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу.