“Некоторые женщины не верят в ношение париков — некоторые раввины тоже”, - говорит Хелен. “Тогда у вас есть еще один раввин, который говорит, что вы можете носить только маленькую шляпу поверх собственных волос. Хасидские женщины в Уильямсбурге,
у них есть свои собственные парики, а потом они должны прикрыть этот парик маленькой шляпкой или беретом или чем-то еще”. Она продолжает, а Тунис рассеянно кивает головой. “Парики защищают женщин от анорексии и распущенности. С покрытыми головами нас видят такими, какие мы есть на самом деле, а не за нашу сексуальность”.
Хелен объясняет, что многие американские ортодоксальные женщины носят скромные синтетические шейтели стоимостью всего пятьдесят долларов; другие носят специально подогнанные, изготовленные на заказ парики, собранные на китайских фабриках, которые могут стоить до пяти тысяч долларов.
“Мой стоил сорок восемь сотен", - застенчиво говорит Ахава.
“Я никогда не видела этих дорогих париков, когда росла во Франции”, - говорит Хелен. “Мы привыкли называть их "американскими париками". Давайте посмотрим, в чем разница”. Она приносит пластиковые пакеты, полные волос из разных уголков мира. Тунис и Ахава изучают их, затем проводят “тест на писк”, проводя пальцами по каждой пряди. Волосы, которые все движутся в одном направлении, скрипят только при растирании от кончика к корню; если кутикула была химически удалена, она не издает ни звука.
Тунис подносит бразильский хвостик к узловатому обесцвеченному плетению, прикрепленному к ее голове, и спрашивает: “Что я носила все эти годы?”
