С неба валили крупные хлопья белоснежного, словно лебединый пух, снега. Из старого здания гимназии выбегали толпы подростков, они бурно что-то обсуждали, порой сталкиваясь и поскальзываясь. У перил запорошенной лестницы, ведушей к автомобильной дороге и магазинам стояла молодая женщина. Её лёгкое синее пальто развивалось на ветру. Воротник был аккуратно побелён снежинками, голубые глаза смотрели прямо и спокойно.
Она была хороша собой, в светлом взгляде старалась уверенность и доброта. К груди она прижимала маленького серо-белого уличного котёнка с пятнами табби. Малыш вырывался, а девушка прижимала его к себе, ласково что-то шепча, но взгляд её оставался серьёзен.
Вдруг она резко обернулась, кто-то случайно задел её. Она пристально вгляделась в лицо незнакомца.
– Александр Николаевич? – вдруг поражённо воскликнула она. – Добрый день...
Мужчина узнал её не сразу, он долго вглядывался в знакомые небесные глаза и длинные каштановые волосы.
– Тася?! – наконец промолвил он изумленно. – Ты так... Изменилась...
– Конечно! – весело ответила девушка, глядя в его сверкающие карие глаза, выражающие как всегда лёгкую усмешку. – Прошло ведь девять лет...
Она поначалу боялась увидеть его другим, но нет, он был такой же строгий, остроумный, ухмыляющийся. Всё было такое же, как в те школьные годы.
– Да, много воды с тех пор утекло... – вздохнул Александр Николаевич. – Какую профессию выбрала?
– Я? Ветеринар. В Скрябинском училась.
– Ты всегда любила кошек... Помнишь, как ты поправляла меня насчёт Бастет в пятом классе, когда мы проходили Древний Египет?
– Да нет, не очень... Только то, что Вы тогда злились и чуть не поставили мне двойку. Зато хорошо помню, как хотела к Вам в восьмой класс, а у Вас был одиннадцатый, и как я готова уже была пойти в гуманитарный, и спрашивала у зам директора где Вы ведёте...
– Да, и я помню, помню про то, как ты переживала за тройки. И по-моему ты всё же гуманитарий.
– Знаю, но я захотела стать ветом и не ошиблась. А как Вы мне тогда испортили оценку! – шутливо укорила его Тася. – Хотя всё это было так давно... Сейчас кажется всё это так глупо...
– Это твоя? – перевёл тему учитель, указав на котёнка. – Или ты собираешь бездомышей?
– Нет, – отмахнулась девушка. – Переполненные квартиры – ужас! Я волонтёр при приюте, всё это мне знакомо. Дома три кошки – приютская, уличная и абисинская. А эту нашла, принесу в приют. Там ей найдут дом.
– Значит волонтёр... – протянул мужчина. – Тут в соседнем дворе таких много... Хочешь глянуть? Там их уже слишком много...
– Где? Может покажете?
И они быстрым шагом пошли вдоль витрин магазинов. Вскоре Александр Николаевич и Тася уже стояли посреди детской площадки у многоэтажки. Там в снегу играли котята, вылизывались две кошки. Когда люди приблизились к ним, кошки резко отпрянули, прикрывая собой котят. "Смелые" – подумала девушка. Она погладила их и достала из своей сумки пакетик с кормом. Кошки набросились на еду с жадностью .
– Если Вам не трудно, присмотрите за ними, – сказала Тася немного смущённо. – Мне нужно за переносками.
Прошло минут десять, она вернулась держать в руке две пластиковые переноски. Кошки ждали. Она аккуратно, без резких движений посадила их внутрь и закрыла.
Александр Николаевич помог ей донести кошек до переносок.
– Из тебя бы вышел хороший учитель, – сказал он, – спокойный, понимающий, сочувствующий. Хотя, мы всегда имеем право выбора, и другие не смеют указывать, что нам делать.
И так, по старой привычке, не попрощавшись он ушёл в вечернюю зимнюю мглу сквозь стену снега. А Тася осталась стоять у машины мужа, поглаживая крышки переносок и смотря вслед Александру Николаевичу. Она знала, что тогда сделала правильный выбор, но может быть тогда человеком помог ей стать именно он. И пусть она не учитель, она умеет в нужный момент собраться и думать холодные умом в самые опасные моменты. Но тут замяукали кошки, и закрыв кузов, она залезла в кабину...
